— Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой? — спросила она и радостно засмеялась.

Мне стало не по себе, я выскочила за дверь и несколько секунд стояла, прислонившись к прохладной шершавой стене.

Я не хотела больше ничего видеть и слышать. С меня было вполне достаточно и этого, и, отыскав свою комнату, я вошла в нее и закрыла за собой дверь. Звукоизоляция между комнатами была надежной, и до меня не долетал здесь ни один посторонний звук.

Мне захотелось умыться холодной чистой водой, но ее в кране не оказалось. Раздевшись, я улеглась в постель и накрылась одеялом с головой. Так же, как и в других комнатах, ночник здесь автоматически включался после ужина, и выключить его мне не удалось.

А мне хотелось побыть в темноте, чтобы осмыслить все то, что мне удалось сегодня узнать. А узнала я немало.

И самым главным было то, что Пострела больше не было в живых! Я помнила его молодым, красивым и сильным. И он навсегда останется таким в моей памяти!

Я догадывалась об этом, но не хотела верить до последней минуты, пока медсестра не упомянула его имени. На самом деле — он был Виктором, но при выполнении этого задания взял себе новые имя и фамилию. Он был таким же Виталием, как я Раисой, но в эту ночь Юлия оплакивала Виктора.

Но как бы ни сильна была моя боль, я не имела права расслабляться. Откинув с головы одеяло, я перевернулась на спину и стала вспоминать весь этот долгий день, чтобы привести в порядок свои впечатления и наметить план на будущее.

Итак, я узнала, чем занимается эта секретная лаборатория в горах. Им удалось обнаружить в составе местной нефти некое химическое соединение с удивительными свойствами, оно за день излечивает наркоманию и прочие недуги. Так говорил мне директор, и это было правдой, но правдой не всей.

Еще тогда, в его кабинете, несмотря на то, что я сама, как я теперь понимала, находилась под воздействием этого таинственного препарата, я задала себе вопрос:

— Если их препарат является таким безопасным и надежным лекарством, то почему его родной племянник не находится теперь здесь? Хотя его отец весь поседел от горя, чему я сама была свидетельницей.

И несмотря на всю мою восторженность и легкомыслие, а именно такой я была весь день, мне этот вопрос не давал покоя, но, слава богу, у меня хватило ума не задать его директору.

Что же это за таинственный препарат и что он делает с людьми? Теперь, испытав его действие на себе, и особенно после случая в столовой, я могла иметь об этом более или менее верное представление.

— А ведь я познакомилась с препаратом еще в Армавире, — неожиданно догадалась я.

Я давно поняла, что Султан подсыпал мне в кофе какую-то гадость, теперь я знала, что это была за «гадость». Скорее всего он и привозил меня к себе на квартиру не для того, чтобы я помылась и отдохнула, свое истинное отношение ко мне он высказал в горном ауле. Ему просто надо было посмотреть, как на меня подействует это снадобье, то есть это был элементарный тест.

Но директор говорил, что оно абсолютно безопасно и не может представлять никакого вреда для организма. Вот тут-то и начинается «другая правда». Султану потребовалось сорок минут, чтобы проверить мою реакцию на препарат. Что могло произойти со мной за это время? То же, что и с Михаилом? И с Пострелом?

Не знаю. Но чего-то он опасался.

Директор говорил, что это соединение за один день излечивает от наркомании. Значит, это не наркотик. Но по своему воздействию он ничем от наркотика не отличается. В чем же разница?

Я прислушалась к собственным ощущениям и, кажется, догадалась. Разница была. И она заключалась в том, что после этого препарата человек чувствовал себя как после наркотика, но, лишившись его, не испытывал никаких физических страданий.

Физически я чувствовала себя абсолютно здоровой. Не было и следов «отходняка». Так в этом, видимо, и состоит его преимущество!

Любопытно. Так уж устроено в природе, что все снадобья от пива до ЛСД, принося человеку то или иное удовольствие, не обходятся без реакции, похмелья, «отходняка».

Названия разные, а суть одна. За все в жизни надо платить, в том числе и за удовольствие! Это универсальный космический закон.

И вот теперь появился препарат, который противоречит этому закону, хотя исключение только подтверждает правило…

А ведь человечество всегда мечтало о чем-то подобном, но до сих пор не нашло… Древнегреческие боги питались нектаром и амброзией. Но «пища богов» была запретной для человека, и за попытку отведать ее человека жестоко наказывали! Ведь «пища богов» давала человеку бессмертие и вечную молодость.