– Ухадит нада! – вдруг раненным зайцем заскулил тот. – Я в ваш форма, ани и мене уббют!

Хакимов молча несколько раз ударил пуштуна кулаком в лицо, и тот скис.

– Товарищ старший лейтенант! – подал голос из своего окопа Татарин – там появилась голова в замаскированной пшеничными колосьями каске. – К нам приближаются какие-то люди, вижу в ночной прицел.

– Что за люди, можешь определить? – спросил Хантер.

– На «духов» не очень похожи, кажется – наши! – сообщил снайпер, присматриваясь.

– Может, какая-то группа спецназа здесь бродит? – выказал свою мысль Логин.

– Скорее всего, так и есть, – согласился замполит. – Тогда почему нас никто не предупредил?

– Эх, товарищ старший лейтенант! Видно, что вы в Афгане недавно! – грустно усмехнулся в темноте старший сержант. – Вы не обижайтесь, здесь сплошь и рядом – никто никого не предупреждает. Все боком и раком, все через ж…пу!

– Так, тогда слушай сюда! Занимаем оборону, пока – со стороны кишлака. Если «черные аисты» сбарражируют на нас и начнется бой – обороняемся по кругу.

Диордиев – со мной. Хакимов – Наваль за тобой, ежели что-то не так, кончай его! Как только приблизится неизвестная группа, попробуем договориться мирно, без стрельбы, вместе устраиваем засаду «духам» и под прикрытием огня СТО и артиллерии отходим к своим. Если со мной что-то случится, за меня остается старший сержант Логин, старшим после него – по сроку службы. По местам!

Петренко вместе с Болгарином вскочили в окоп, приготовившись к бою. Хантер посмотрел на фосфоресцирующие стрелки трофейного «Ориента», они показывали две часа тридцать пять минут. Луна начала спуск за горный хребет, действительно похолодало, и на пшенице выступила роса – Лом оказался правым в своих метеопрогнозах.

– Вызови мне артиллеристов на СТО! – скомандовал старлей радисту.

– Слушаю «Нежин»! – послышался в наушнике голос Игорчука.

– Вельмішановний Ніжине! – Хантер перешел на родной украинский язык, дабы не предоставить «духам» возможности раньше времени раскрыть их замысел. – Балакає такий собі Мисливець, прошу підготувати вогнищє перед казацькою могилою!

– Гаразд, пане Полювальнику! – полетела черниговская «говірка» над Сулеймановыми горами. – Вогнища сплановані заздалегідь, відкриваємо чергу на ваше прохання! – Чувствовалось, что собеседник тоже волнуется. – Що там у вас?

– Не по телефону, – с юмором ответил Александр.

– Тоді успіху вам та натхнення! Кінець зв’язку! – среагировал артиллерийский коллега.

– Кінець зв’язку! – подтвердил Хантер, успокоенный тем, что артиллерия не спит и готова помочь.

Со стороны границы и кишлака время от времени слышались одиночные выстрелы, понемногу приближаясь к месту засады. Становилось понятным, что «духи» потеряли контакт с разведгруппой и прочесывают поля, осторожно продвигаясь цепью.

– Товарищ старший лейтенант! – снова зашипел Татарин под своим «агрошлемом» с колосьями. – Луна спряталась, видно плохо, хотя в бинокль вы их обнаружите, они уже недалеко!

Старлей глянул в прибор: действительно, за две сотни метров виднелись силуэты с оружием в руках, передвигающиеся по-волчьему, след в след (чувствовалась выучка и боевой опыт!). Вот группа приблизилась, и он насчитал двенадцать силуэтов. Также заметил, что среди них есть один раненый, которому тяжело выдерживать общий темп группы. Он ковылял, но передвигался самостоятельно, один из товарищей позади время от времени помогал ему.

Сомнения молниеносно промчались в башке молодого офицера – наши или нет? По всем признакам – наши, «духи» так не ходят. А вдруг «черные аисты», что летают в ночи и питаются все больше падалью? У тех тоже серьезная подготовка и опыт незаурядный! В конце концов, Хантер скомандовал Диордиеву, что, дескать, когда он вступит в переговоры с неизвестной группой, тот будет держать на контроле «адскую машинку», чтоб успеть подорвать «монки». Если окажется, что разведгруппа не наша, за офицерским знаком Диордиев должен подорвать обе мины, уничтожив вражескую разведку. За то время, пока он ставил задачу радисту, неизвестная группа еще приблизилась к их окопам.

– Стой! Пять! [35] – негромко, но так, чтобы было слышно, выпалил Хантер и спрятался в окопе.

И своевременно – пули из ПБС со всплеском вошли в бруствер. Сразу же послышалось эхо выстрелов – что-то среднее между кашлем и отхаркиванием.

– Что, охренели в край, по своим стрелять?! – возмутился Петренко, поставив руки рупором.

– Кто вы, к черту, такие? – услышал старлей вопрос вместо выстрела.

Это уже было добрым знаком – диалог намного продуктивнее перестрелки.

– Группа N…кой отдельной гвардейской десантно-штурмовой бригады! Старший группы – старший лейтенант Петренко! – отрекомендовался во тьму Хантер. – А вы кто?

Вдруг стихла далекая канонада. От приближающихся ответа не последовало. Одиночные выстрелы со стороны малишей постепенно приближались, уже доносились голоса людей. Со стороны группы неустановленных разведчиков так и не поступило ответа, поэтому Хантер решил считать про себя до десяти, после чего – дать команду на подрыв мин управляемого действия.