Едва компьютер загрузился, на экране проступила надпись: «Введите пароль!»

– Вот это да! – растерялась Неля: она совершенно не подумала о том, что файлы могут быть защищены паролем. И что теперь делать?

– «Ракитин», – не придумав ничего оригинального, попыталась ввести она и получила ожидаемый ответ:

– «Пароль неверен. Попробуйте еще раз!»

– Тебе хорошо говорить, – пробормотала она, стараясь вспомнить, что ей известно о Ракитине. Кажется, у него есть дочь? Как насчет ее имени? Она перебрала все самые распространенные женские имена, но на экране всплывала одна и та же надпись: «Попробуйте еще раз!» Может, у него есть собака? Или кошка… Как насчет даты рождения или свадьбы – обычно люди придумывают такой пароль, который никогда не забудут! Увлекшись подбором паролей, Неля не сразу услышала шорох за дверью. Она замерла: там явно кто-то стоял и дергал за ручку. Вряд ли охранник – слишком уж осторожны его движения… Тогда кто же незваный гость?

– Сестра, откройте! – услышала она. – Откройте, иначе я подниму шум!

С облегчением выдохнув, Неля впустила «волшебника». Снова повернув ключ в замке, она встала перед пациентом, уперев руки в бока, и сердито спросила:

– Как вы узнали, что я здесь?

– Разве можно не почувствовать кого-то, обладающего столь же сильными способностями, что и я сам?

Неле хотелось заорать, что пора заканчивать игры, но она знала, что для Древлина происходящее вовсе не игра: он верит в свои иллюзии. И тут ее осенило.

– Послушайте, Валерий, – сказала Неля, – вы можете мне помочь?

Выражение лица Древлина приобрело хитроватое выражение.

– Я так и думал, что вы что-то затеваете! – радостно воскликнул он, потирая руки в предвкушении. – Иначе зачем тайно пробрались в кабинет надсмотрщика за рабами?

– Почему вы так называете главврача?

– Да потому, что так и есть: он – рабовладелец, издевается над людьми. Половине «больных» тут явно делать нечего… Так о какой помощи вы говорили?

– Вы же вроде специалист по компьютерам?

– Хотите взломать пароль Ракитина?

– Откуда вы?..

– Иначе зачем просить меня о помощи? – перебил Древлин. – Пустите меня к компу, и увидите, на что я способен: для этого даже моя сила не нужна!

Усевшись за компьютер, Валерий принялся нажимать на кнопки. Его пальцы летали по клавишам, словно быстрокрылые птицы, – он и сам походил на птицу (больше всего – на журавля).

– Есть у вас какая-нибудь персональная инфа на Ракитина? – поинтересовался «волшебник».

Неля сокрушенно покачала головой.

– Я перепробовала все: имена детей, собачьи клички, год рождения и так далее – ничего не вышло!

– Ну, кто сказал, что Ракитин дурак? – пожал плечами Древлин. – Нет, он отнюдь не идиот, но и не такой уж изобретательный, можете мне поверить, сестра! Человек – примитивное существо, и вряд ли наш Даркен Рал [4] предполагал, что на его информацию кто-то покусится. Пароль не может быть слишком сложным. Между прочим, часто его записывают, дабы не забыть. Надо тут покопаться, – добавил Валерий, открывая верхний ящик.

– Только осторожно! – встревожилась Неля. – Он может что-то заподозрить.

– Не волнуйтесь, Сестра, мы все приведем в идеальный порядок!

Сорок минут спустя и Неля, и Валерий поняли, что никаких зацепок Ракитин не оставил.

– Самый сложный пароль – это комбинация букв и цифр, – пробормотал «волшебник», откидываясь на спинку кресла. – Но не думаю, что Даркен Рал придумал именно такой пароль: его слишком сложно запомнить. Значит, это что-то другое…

Он вскочил с места и принялся сновать по кабинету, глядя по сторонам. Неля с разочарованием поняла, что Древлин находится в таком же затруднении, что и она. Им никогда не проникнуть в компьютер Ракитина!

Внезапно Валерий резко затормозил у полотна Делакруа.

– Кто это? – ткнул он пальцем в картину.

– Французский художник.

– Да нет, – отмахнулся «волшебник», – кто этот парень на картине?

– Это – поэт Торквато Тассо, он попал в психлечебницу…

– Как вы сказали?

Древлин вновь уселся в кресло перед компьютером, на экране которого по-прежнему висела надпись «Пароль неверен!»

– Ракитин не похож на любителя живописи, – пробормотал Древлин, подвигая к себе клавиатуру. Его длинные узловатые пальцы вновь запорхали по кнопкам. Неля почувствовала, как в ней вновь вспыхнула надежда, однако ни сочетание слов «Торквато Тассо», ни имя и фамилия поэта по отдельности, введенные последовательно Валерием, не принесли результатов.

– Странно, – пробормотал Древлин, – я был уверен, что пароль связан с этой мазней! Значит, Даркен Рал не такой уж и примитив.

– Попробуйте «Освобожденный Иерусалим»! – выпалила Неля, припомнив разговор с главврачом в один из первых дней пребывания в «Горке».

– Что? – непонимающе переспросил Валерий.

– Кажется, так называлась самая знаменитая поэма Тассо, – пояснила она. – Может, это ничего и не даст…

Но Древлин уже вводил название в компьютер. Несколько секунд экран оставался пустым, а потом на нем всплыла надпись: «Добро пожаловать!», после чего начали появляться «иконки».