Истон стряхнул искры, которые прожигали небольшие отверстия в тряпке на его руке. Нити горели черным и красным, словно раскаленные угли, прежде чем переплестись вместе и восстановиться на моих глазах.

– Просто следи за ним в данный момент. Я посмотрю, что я могу узнать на своем конце. Но если это то, что есть...
– Истон пристально посмотрел мне в глаза, вытащив мои страхи, как из слива раковины и вывалив их на полу между нами, чтобы мир мог узреть их.
– Если он тот, кто он есть, все будет только хуже.

Я даже не хотела думать о том, что могло произойти, если бы то, что сказал Истон, было правдой. Если мой эгоизм изменил мир этого мальчика навсегда. Сделав его пешкой в какой-то игре между тьмой и светом. Я кивнула и смотрела, как Истон растаял в циркулирующей черной пропасти под ним, и прошептала:

– Я знаю.

Кэш

Мужество: Страх силен настолько, насколько позволяет разум.

Я сложил руки на груди и уставился на стимулирующий постер, висящий в рамочке на стене в комнате ожидания. Силен настолько, насколько позволяет разум? Попробуйте сказать это тому, кого преследуют кровожадные теневые демоны. Папа пихнул меня локтем в бок.

– Кэш.

– Что?
– Я резко повернулся и потер бок, куда он меня толкнул. Он воспользовался журналом Пипл, который листал, чтобы указать мне на мужчину, стоящего перед нами.
– Он назвал твое имя. Твоя очередь.

Доктор Фарбер выглядел на тот же возраст, что и мой отец, разве что у моего отца все еще были волосы на голове. У этого же парня, в лучшем случае, были клочки. Он подвигал руками в карманах его широких черных брюк и натянул приветливую, фальшивую улыбку. Это происходило на самом деле. Я действительно был здесь. В кабинете чертового психиатра, и меня вот-вот собирался исследовать этот мужлан в свитере с узором в виде ромбов.

Я простонал и встал. Я не хотел быть здесь. Он не мог помочь мне с моими проблемами, потому что мои проблемы были настоящими. Они не были в моей голове. Они были кошмарами наяву. Если только он не припас жреца вуду, способного говорить с мертвыми, я не видел в этом смысла.

– Приятно с тобой познакомиться, Кэш.
– Доктор Фарбер протянул мне руку. Как только я посмотрел на нее, он ее опустил.

– Мы собираемся это сделать или как?
– спросил я.

Я услышал, как отец встал позади меня.

– Кэш!

Доктор Фарбер поднял руки.

– Нет. Нет. Я все понимаю, Кэш. Это последнее место, где ты хочешь быть.
– Он сделал шаг назад и протянул руку, чтобы отвести нас в свой кабинет.
– Так с чем ты говоришь нам нужно покончить?

Я оглянулся на отца, на его лице был все тот же взгляд «ты под домашнем арестом», и вздохнул.

– Ладно.

В кабинете Доктора Фарбера все было сделано из дерева. Даже стены были обиты деревянной фанерой. Я ухнул в бордовый кожаный диван и скрепил пальцы перед собой.

– Я не буду на него ложиться, - сказал я.

Доктор Фарбер рассмеялся и сел в кресло напротив меня.

– Я не собирался просить тебя об этом.

Я кивнул и пристукнул кулаками по моим коленям.

– Нервничаешь?

– Нет.
– На самом деле, да. От мысли о том, что я должен был открыться и позволить какому-то незнакомцу заглянуть внутрь меня, мне становилось тошно. Я не мог перестать думать о том, чувствовала ли Эм себя подобным образом каждый раз, когда они заставляли ее проходить через это дерьмо. Я откинулся назад на удобные диванные подушки и пробежал глазами по комнате в поисках теней. Единственная, которую мне удалось найти, исходила от зеленого торшера, когда свет обволакивал меня и рассеивал мои очертания по большому Восточному ковру между нами.

– Забавная футболка, - сказал он, улыбаясь.
– Ты надел ее специально для меня?

Я посмотрел на свою футболку. Я даже не помнил, какую именно вытащил из корзины с вещами и натянул на себя. Я чуть было не рассмеялся, когда увидел ее. Она была белой с отвратительным красным пятном крови сбоку. Спереди на ней говорилось большими буквами «я в порядке».

Я оглянулся и вздохнул.

– Уверен, вы не обнадеживали моего отца возможностью поговорить со мной о моей коллекции футболок.

– Довольно справедливо. Ну что ж, расскажи мне о себе, Кэш.
– Он откинулся назад в своем кресле и щелкнул ручкой.

– Уверен, мой отец уже просветил вас, так что я правда не знаю, что вы хотите от меня здесь услышать.

– Я хочу услышать об этом от тебя.

– Я в порядке. Не о чем говорить.

Доктор Фарбер прочистил горло и опустил ручку.

– Хорошо. Почему бы нам не начать с пожара?

– А что с ним такого?
– Я отвел взгляд к большой, блестящей, вишневого цвета доске позади него и попытался удержать глаза открытыми. Когда я закрыл их, возникли вспышки пламени. Дым. Хаос.