Спокойствие, казалось, не имело значения в тот момент. Я не могла выбрать этот вариант. Да, Бальтазар будет использовать его. Но это должно быть лучше, чем быть таким. Что угодно должно быть лучше, чем это.

Я стряхнула руки Истона и уставилась в небо. Капли огня начали падать дождем от вздымающихся серых облаков над нами. Где-то на расстоянии крики создали отрывистый ритм, который звенел болью и смертью. Я закрыла глаза, неспособная смотреть на это место еще секунду.

– Я собираюсь удостовериться, что он не сделает такой выбор.

Кэш

В гостиной комнате Эммы было душно. Незнакомая тень демона сидела на краю кровати. По крайне мере она меня не трогала. И пока она была одна и не двигалась, я мог подумать. Единственной проблемой было то, что я не знал о чем думать.

Я выглянул в окно, звездный свет и устойчивый жар луны проникали через жалюзи. Вертикальные линии сумерек окрашивали полосами зеленое стеганое ватное одеяло. Я не мог не задаться вопросом, где была Аная. На Небесах? В Аду? Я как бы чувствовал себя в обоих местах, когда я был с ней. Возможно, она не знала, кто я был. Что произойдет, когда она узнает? Я позволил взгляду переместиться к теневому демону, сидящему в темноте, искривленной горгулье с отверстиями для глаз. Его черный рот сложился в то, что я мог только предположить, было его версией усмешки. Это вызвало у меня отвращение.

– Кем ты был раньше?
– сказал я, ища что-то, что угодно человеческое в этом существе.

Я сжал стеганое одеяло в руке и оглядел пустую комнату.

– Твои друзья называют тебя больным?

Оно просто смотрело на меня, неподвижно.

– Чего ты хочешь?
– Я застонал, позволяя моей голове снова опуститься на подушку.

– Тебя-я-я, - зашипело оно в темноте.

Я приподнялся на локтях и наблюдал, как он подергивался и двигался под своей нефтяной, черной кожей. Черт побери, нет. Сегодня вечером я не посплю. Я поднялся из кровати и вздохнул с облегчением, когда существо не последовало за мной. Оно просто наблюдало за мной, когда я закрыл дверь и прошел тихо по коридору в комнату Эм.

Я стоял у ее двери в течение минуты. Это не была ее старая комната... та, в которой я вырос, которая всегда пахла корицей и цветами... но это была она. И Эмма была дома, несмотря на все остальное. И я, таким образом, тосковал по дому, где мог просто дышать. Я повернул ручку и проскользнул в темноту, закрывая дверь позади. Последнее, что мне было нужно, это чтобы ее мама проснулась и нашла меня здесь.

– Эм, - прошептал я и остановился, когда более глубокий голос чертыхнулся шепотом и прикроватная лампа включилась. Комната взорвалась приглушенным светом. Эмма села, откинула копну взъерошенных светлых волос с лица и протерла глаза от сна.

– Кэш?

– Финн?
– сказал я, чувствуя, как мои брови удивленно ползут вверх.

Финн стоял рядом с кроватью в своих темно-синих боксерах. Я последовал за его пристальным взглядом вниз, чтобы увидеть мои черные боксеры.

Когда я поднял глаза, он запихивал ноги в старые джинсы. По крайней мере, на мне была надета рубашка. Отсутствие сна, должно быть, добралось до меня, потому что мне потребовалась минута, чтобы среагировать. Я, наконец, поднял руки и рассмеялся.

– Эй, я могу уйти, - сказал я, кладя руку на дверную ручку.

Эмма закатила глаза и откинулась на спинку кровати.

– Это не то. Мы не...

Финн поднял бровь на нее, что заставило остальную часть ее слов застрять во рту.

Она сменила восемь оттенков красного и отвела взгляд.

– Мы ничего не делали. Финн не может спать в...

– Эмма, - Финн ее перебил. Она удивленно посмотрела на него, и он просто покачал головой. Теперь, когда я смотрел на него, я видел повреждение от недостатка сна. Синяки под его зелеными глазами. Морщины на лице. Таким образом, Финн тоже не спал. Я задумался, что могло не давать Смерти спать ночью.

Эмма вздохнула и оглянулась на меня, ее сонные голубые глаза смягчились от того, чего я не заслуживал. Не после того, каким я был с ней в последнее время.

– Что-то не так?
– спросила она.

Да. Все.Вместо того чтобы сказать ей правду я просто произнес:

– Я не могу спать.

– Вступай в клуб, - пробормотал Финн. Он наклонился и запечатлел мягкий поцелуй на губах Эммы. Я не мог смотреть. Это чувствовалось... неправильно. Я предполагал, что всегда хотел для нее, чтобы она нашла кого-то, но я действительно никогда не думал, что это произойдет. Эмма всегда была настолько одержимой одиночеством. Я до сих пор не знал, как к этому относиться. Как принять это. Как делить ее с кем-то еще.

– Думаешь, я смогу воспользоваться ванной без того, чтобы надзирательница проснулась?
– У меня было чувство, что он на самом деле не должен был уйти, но я кивнул.

– Воспользуйся ванной в моей комнате, так они подумают, что это я, - предложил я.

– Просто не попадись.
– Эм отослала его, улыбаясь.
– Я окажусь навечно под домашним арестом, если мама узнает о наших вечеринках с ночевкой.

Я одобрительно кивнул, и Финн выскользнул из комнаты.

Эмма откинула правую сторону одеяла.