– Если ты собираешься меня будить и прогонять моего парня, тогда ты, по крайней мере, должен поговорить со мной, - пробормотала она в подушку. Я улегся рядом и засунул запасную подушку под голову, чтобы я мог смотреть на нее. Доктор Фарбер был неправ о многих вещах, но он был прав в этом. Я отталкивал одного из самых важных людей в моей жизни. И я не хотел потерять Эмму. Не раньше, чем мне придется.

– И что?
– сказала она, зевая.

– Мне очень жаль.

Эмма усмехнулась и откинула локон волос прочь с моего лба.

– Я знаю. Ты не мог подождать до завтра с этим?

– Там...
– Я сглотнул.
– Там одно из тех существ, в моей комнате.
– Я закрыл глаза и вдохнул аромат, который не принадлежал Эмме. Тот аромат принадлежал Финну. Еще одна вещь, говорящая мне, что я больше не принадлежал этому месту. Но я знал это до того, как вошел сюда, не так ли? Неважно, что сказал Ной, единственное место, которое я чувствовал, которому я принадлежал, теперь было с Анаей. Она могла оттолкнуть меня настолько далеко, насколько хотела, но когда она смотрела в мои глаза, я видел это. Она тоже чувствовала это.

– Оно последовало за тобой?
– Ее взгляд переместился к краю комнаты, и я покачал головой. Она расслабилась на своей подушке.
– Хорошо. Ты можешь здесь спать, если хочешь.

– Ни за что. Твоя кровать пахнет парнем, - сказал я.

Она рассмеялась тем сонным смехом, который напомнил мне о том времени, когда мы были детьми, ночующими под открытым небом на заднем дворе, скача с зефирами и шоколадом.

– Сколько раз мне приходилось переносить ужасные духи, которые оставались в твоей комнате? Расплата, не так ли?

Она была права. Она мирилась с моей спальней в течение прошлых двух лет. Расплата была именно тем, чего я заслуживал. Я не имел права ревновать к Финну или любому другому парню, с которым она решила встречаться. Не тогда, когда я бросал девушек ей в лицо столько, сколько я мог вспомнить.

Она коснулась места между моими бровями и нахмурилась.

– Ты пил зеленый шейк, который я сделала для тебя ранее?

– Ты имеешь в виду сточные воды, которые ты налила в стакан и дала мне?
– Я приподнял бровь. Она шлепнула мою руку, и я усмехнулся.
– Я выпил его. Не скажу, что это было восхитительно, потому что это было не так. На вкус отчасти это было как задница. Но это действительно заставило меня чувствовать себя лучше, - солгал я.

– Это хорошо для тебя, - сказала она.
– Ты выглядишь бледным. Хочешь сока? Я искала этот рецепт раньше, в котором был морковь и яблоки, таким образом, это могло бы чувствоваться немного лу...

Я схватил ее руку, перебивая ее, и вздохнул.

– Эм, остановись. Ты не должна продолжать делать это. Ты не должна заботиться обо мне.

Ее нижняя губа задрожала, и она сжала мою руку.

– Я не знаю, что еще сделать. Я не могу потерять тебя, Кэш.

Я ненавидел то, что происходило с нами. Это заняло столько времени, чтобы справиться с потерей ее папы. Она все еще не была целой. Что произойдет, когда она потеряет меня?

– Знаешь что? Думаю, я мог бы сходить за тем соком, о котором ты говоришь.
– Я становился слишком хорошим во вранье.
– Держу пари, что он поможет.
– Что угодно, чтобы стереть боль, беспомощный взгляд в ее глазах.

– Правда?
– Ее лицо просветлело.

– Да, правда.
– Я улыбнулся и сел, поводил рукой у нее по голове, чтобы спутать волосы больше, чем уже было.

– Эй!
– Она отбила мою руку и провела пальцами по спутанным волосам, съежившись.
– Теперь у меня узелки, придурок.

– В этом и был смысл.
– Я сел на край кровати и посмотрел на дверь. Я не хотел возвращаться в эту комнату. Я не мог. Я действительно не хотел оставаться здесь, хотя, делал вид, что все было так, как раньше. Эмма положила руки на мои плечи.

– Будет лучше, - прошептала она.
– Я обещаю.

– Я не верю тебе, - прошептал я через боль в горле.
– Хочу, но не могу.

– Тогда я буду верить за двоих.

Дверь скрипнула и открылась, вошел Финн и сел на край кровати, выглядя, будто ему неудобно.

Думая о том, что сказал Ной, я не знал, как относиться к нему. Я знал, что лучше не упоминать Ноя, но он не говорил, что я не мог задавать вопросы.

– Ты работал на Бальтазара?
– спросил я его.
– До всего... этого?

Он выглядел удивленным, но ответил.

– Да.

– Он плохой?

– Что ты имеешь в виду?
– Его брови сошлись на переносице.

– Я имею в виду, на что он способен?
– спросил я.
– Ты доверяешь ему?

– У него сила Бога на кончиках пальцев, Кэш, - сказал он, твердость была в его голосе.
– Он способен на что угодно. Думаю ли я, что он злой? Нет. Думаю ли я, что он пойдет на немыслимые ухищрения, чтобы получить то, что он хочет? Да.