А также он был хорошим убийцей. В "Мерсил Индастрис" их обучали сражаться, но контролировать их не могли. Новые Виды отказывались причинять вред себе подобным, даже несмотря на приказы.

"Мерсил" желала записать доказательство их улучшенных навыков благодаря их препаратам. Если бы предоставилась возможность напасть на охрану, они бы так и сделали, но такого шанса не выпало.

Охранники были жестокими, злобными, и Фьюри расквитался с некоторыми из них, когда они расслабились настолько, что допустили ошибку.

"Мерсил Индастрис" скрещивало их ДНК с животной, давая им бесчисленные препараты, меняя больше, чем просто внешность.

С возрастом обоняние Фьюри обострилось, он становился сильнее, его рефлексы становились быстрее, чем у обычного мужчины, а инстинкты порой брали контроль над разумом.

Было трудно справляться с испытываемым им гневом, но с годами он научился спокойствию. Он научился контролю… по большей части. Фьюри опустил взгляд на Элли и нахмурился. Он наблюдал за врачами, прислушивался к каждому их слову, пока они проводили на нем опыты. Все, что он услышал, научило его отличать людей и Новые Виды.

У людей, в отличие от Новых Видов, были плохо развиты чувства. Они не могли видеть в темноте или чувствовать Фьюри, если он находился с наветренной стороны. У них также не было острого слуха.

Люди не обладали их скоростью или силой, если только им не давали препараты.

Изменения Новых Видов были на постоянной основе, но препараты "Мерсил" могли достичь долгосрочного эффекта и у людей. Иногда препараты убивали людей-добровольцев. Они случайно создали Новые Виды сверхъестественными, но относились к ним, как к ничтожествам.

Фьюри аккуратно переместил Элли в своих объятиях и зашагал в темноте. Он понятия не имел, что делать, когда он доберется до ее общежития, но его зверь, казалось, был довольным от того, что он завладел ею.

Человеческая сторона требовала мести. Элли предложила что-нибудь сделать, чтобы восстановить отношения между ними, и Фьюри мысленно просматривал варианты. Он не причинит ей вред, он на это не способен, но Элли, в конце концов, могла получить один-два урока о том, как он пострадал из-за ее преступления.

Маленькая часть Фьюри надеялась провести немного времени с Элли наедине, чтобы избавиться от наваждения, которым она стала.

Проснувшись, Элли сначала была сбита с толку, пока к ней не вернулись воспоминания. Горло немного побаливало. Она потянулась к нему, но руки чем-то удерживались. Элли открыла глаза и уставилась в белый потолок тускло освещенной, незнакомой комнаты.

Она приподняла голову, чтобы осмотреться вокруг. Огромная спальня была обставлена темной мебелью, в камине горел огонь – источник света.

В туалете послышался звук смываемой воды, напугавший Элли. Дернув руками, она обнаружила, что те привязаны над ее головой мягким черным материалом к изголовью.

После шума воды, послышался звук открываемой двери.

Из ванной вышел Фьюри. Элли уставилась на его обнаженную грудь и черные спортивные штаны. Вид полуобнаженного мужчины усилил ее страх.

Элли с опаской рассматривала мышечную форму Фьюри. Он выключил свет в ванной, снова погружая комнату в темноту, скрывающую его тело.

– Ты проснулась. – Тон Фьюри смягчился. При данных обстоятельствах он звучал обманчиво спокойным. – Отлично.

Он накрыл Элли толстым, мягким одеялом. Она посмотрела вниз и поняла, что ее обнаженная грудь выставлена напоказ. Элли пошевелила ногой, ощутив простыни… голой кожей. Она ошеломленно посмотрела на Фьюри.

Он остановился у края кровати.

– Я снял твою одежду. – Он сделал паузу. – Всю.

– Зачем? – ее голос прозвучал хрипло из-за сухости в горле. Страх усилился. Зачем Фьюри принес ее к себе домой и привязал обнаженную к кровати? У нее было очень плохое предчувствие, и она не хотела услышать его ответ, который, определенно, еще больше ее напугает.

– Ты знаешь зачем. – Он подошел к ночному столику. – Хочешь пить?

Элли кивнула. Матрас прогнулся, когда Фьюри сел на край, схватил бутылку воды, которая, очевидно, стояла рядом, а затем повернулся к Элли лицом.

Фьюри осторожно поддержал Элли за шею, поднеся бутылку с водой к ее губам. Она глотала до тех пор, пока не начала задыхаться. Он убрал бутылку от ее рта, убрал руку от шеи Элли и вернул бутылку на столик.

– Я долго думал, что с тобой делать, – тихо произнес он. – Сначала я хотел тебя сразу убить, но это было до того, как я узнал, что ты была шпионкой. Я не понимал, что ты прошла через ад, чтобы спасти мой народ. – Он замолк, чтобы сесть так, чтобы смотреть на Элли. – Теперь я решил оставить тебя в живых.