Напряжение не оставило её тело, но оно немного расслабилось. Пока руки не обвились вокруг ее талии, а огромное тело не вжалось ей в спину, усугубляя всё, и он не прошептал ей на ухо:

– Что случилось, малышка?

Опять это слово! Что-то внутри нее щелкнуло. Она резко повернулась, разбрызгивая повсюду воду. Шокированный, Трей отпрыгнул в сторону.

– Разве я не говорила тебе отвязаться? Уверенна, что именно это я и сказала.

Он поднял руки, пытаясь успокоить ее.

– Тарин…

– Просто не приближайся ко мне. Это все, что я прошу тебя сделать. Это то, что ты делаешь каждый долбаный день, так почему же именно сегодня, когда мне нужно немного одиночества, я внезапно заинтересовала тебя?

– Я просто хочу знать, что случилось.

– Что ж, а мне пофигу, психопат, потому что я не хочу разговаривать с тобой.

От вида людей, которые начали собираться там, ей стало только хуже. Она внезапно почувствовала себя загнанным в угол животным, как будто каждый занимал ее личное пространство. Рыча, она вытерла руки полотенцем и зашагала к двери.

Толпа быстро расступилась, очевидно, не смея вмешиваться.

– Куда ты идешь?

– Подальше от тебя!

Трей плелся за ней по туннелям.

– О нет, ты не должна закрываться от меня. Ты моя пара.

Она повернулась на месте.

– Нет, я не твоя пара.

– Что ты только что сказала? – спросил он мягким, но очень опасным тоном.

– Нас нельзя считать парой, если ты ведешь себя так, только когда тебе это выгодно. Но, не пойми меня неправильно, если для тебя вступить в связь означает, просто притворятся перед людьми, тогда все в порядке. Но не смей бросать эти дерьмовые слова "ты моя пара" мне в лицо, когда я не делаю то, что ты хочешь.

Он знал, что она права, но отрицание было автоматическим.

– Ты моя пара, Тарин.

– Ну как, весело в твоей Фантазиляндии? Наверное, да, раз ты так часто там пропадаешь, – окончательно потеряв терпение, она обернулась и зашагала прочь.

– Ради Бога, Тарин, перестань от меня уходить.

Трей действительно не понимал, что происходит… Он дотянулся до ее плеча и положил на него свою руку, а в следующий момент уже лежал на спине на земле, а Тарин рычала на него. Проклятье, эта женщина знала несколько хороших приёмов.

– Отвяжись, – прорычала она. Потом взглянула на остальных, которые медленно приближались к ним с неуверенными выражениями на лицах. – Все вы, отвяжитесь! Мне нужно немного уединения! – Затем выбежала через входную дверь, вниз по горе, через поляну в лес.

Много времени она провела тут прогуливаясь или пробегая с Тао, но никогда она не заходила так далеко, как намеревалась сделать сегодня. Долгое время она слышала шум реки в дали, знала, что она там, и что однажды пойдёт именно туда, чтоб остаться наедине с собой.

Дети Реки – именно так их с Джои называли мамы. Некоторым детям нравились пляжи, некоторым – парки с качелями, а им с Джои – реки. Нет, они любили реки. Любили звуки, дикую природу вокруг, плескаться в мелководье и ходить по старым ветвям деревьев, пересекающим реку.

"В них было что-то успокаивающее", – подумала она. Именно сейчас ей нужно было успокоиться.

Достигнув реки, она нашла камень, чтобы усесться и сделала глубокий, успокаивающий вдох. Снова и снова она наполняла свои легкие свежим, прохладным лесным воздухом, позволяя ему успокоить ее.

Привычные запахи мокрой земли и сосны усмиряли ее волчью сущность. "Удивительно, как место может успокоить, несмотря на шквал грустных воспоминаний, преследующих тебя", – задумалась Тарин.

Знакомый гортанный звук "карр" привлек ее внимание и заставил посмотреть на дерево рядом с ней.

– Эй, Эл Джей,- позвала она несмотря на ком в горле.

Почему ворон иногда следовала за ней повсюду, она не имела ни малейшего понятия, но было еще что-то, чем они с Джои восхищались – тем, что птицы чувствовали себя очень свободно с ней, словно им нравилось её общество.

– Эй, Джо. Я знаю, что не должна приходить к тебе каждый раз, когда мне нужно с кем-то поговорить, и мне бы следовало попробовать доверять людям, которые живы… но они ведь смогут сказать мне заткнуться. И по правде говоря, ты всё что у меня есть. Хотя мне и нравятся здешние люди (за исключением нескольких, в том числе злой и очень дряхлой версии Йоды)… я всё ещё не готова им открыться. Даже признаться, что скучаю по маме. На самом деле, не то, чтобы я не могла с ними поговорить, скорее, я не хочу пускать их в душу и привыкать, и сближаться с ними. Тьфу. Вряд ли много надежды на то, что я смогу влиться в их семью, когда поблизости крутится этот псих. Ты знаешь, раньше я смотрела на истинные союзы и думала, как, должно быть, замечательно, повстречать свою пару – ты больше никогда не будешь чувствовать себя одиноким, потому что этот человек станет частью тебя. То есть, я знаю, что в эмоциональном плане мой союз с Треем ненастоящий, но все же я не ожидала этого ощущения… ловушки. Я связана с тем, от кого не дождешься приветливого слова, с мужчиной, который намеренно меня избегает, не считая тех случаев, когда я хочу остаться одна – очевидно я только тогда ему интересна. И с тем, кто приводит мою волчью половину в восторг. И как ему вообще удалось так очаровать мою волчицу? Так не должно было быть. Иногда она такая предательница. Вот ведь, вляпалась в дерьмо. По самые уши. У меня должна быть возможность обратится к человеку, с которым я связанна, даже если это временно, и сказать: "Знаешь, что, сегодня день рождение моей мамы, и мне её не хватает", но я даже не представляю, чтобы с ним можно было поговорить о таком. Видишь, ты и правда всё, что у меня есть.