Без лишних слов майор забрался на заднее сиденье, похлопал Куинна по плечу жезлом и указал на большую, надежно закамуфлированную палатку, стоявшую на фланге скопленных войск.

Когда джип остановился у палатки, майор выскочил из машины.

– Ждите здесь, – приказал он и вошел внутрь.

Куинн и Гарри остались сидеть под взглядами тысяч настороженных глаз.

– Если бы взглядом можно было убить… – прошептал Куинн.

Гарри не ответил. Майор вернулся через несколько минут.

– Сэр, что будет-то? – пробормотал Куинн. – Расстрельная команда или стаканчик шнапса?

– Фельдмаршал согласился встретиться с вами, – объявил майор, не скрывая удивления.

– Благодарю вас, сэр, – сказал Гарри, выбрался из джипа и последовал за майором в палатку.

Фельдмаршал Кертель поднялся из-за длинного стола, накрытого картой, которую Гарри узнал мгновенно, разве что макеты танков и фигурки солдат были нацелены на него. Фельдмаршала окружал десяток полевых офицеров, все званием не ниже полковника.

Гарри вытянулся в струнку и козырнул.

– Имя и звание? – спросил фельдмаршал, отсалютовав в ответ.

– Клифтон, сэр, лейтенант Клифтон. Флигель-адъютант генерала Эйзенхауэра. – Гарри приметил Библию на складном походном столике у кровати фельдмаршала. Одна стена палатки была завешена германским флагом. Чего-то не хватало.

– Зачем вдруг генерал Эйзенхауэр послал ко мне своего адъютанта?

Гарри внимательно присмотрелся к этому человеку. В отличие от Геббельса или Геринга задубевшее лицо Кертеля выдавало его личное участие во многих фронтовых операциях. Единственной наградой, которую он носил, был железный крест с дубовыми листьями, полученный, насколько знал Гарри, еще лейтенантом в сражении при Марне в восемнадцатом году.

– Генерал Эйзенхауэр доводит до вашего сведения, что на противоположной стороне Клемансо стоят три полностью укомплектованные дивизии общей численностью тридцать тысяч человек, а также двадцать две тысячи танков. На правом фланге – вторая дивизия техасских рейнджеров, в центре – третий батальон Королевских Зеленых курток, на левом – батальон австралийской пехоты.

Должно быть, фельдмаршал превосходно играл в покер, так как остался бесстрастным. К тому же он, очевидно, сам знал, что действительности соответствовали и названия трех воинских соединений, уже занявших позиции, и прозвучавшие цифры.

– В таком случае нас ожидает чрезвычайно интересное сражение, лейтенант. Однако если вашей задачей было напугать меня, то вам это не удалось.

– Это не входило в мои цели, сэр, – ответил Гарри, глянув на карту. – Вряд ли я сообщил о чем-то, вам еще неизвестном, включая тот факт, что союзники овладели аэродромом в Вильгельмсберге. – Это подтверждалось маленьким американским флажком, пришпиленным к аналогу аэропорта на карте. – Но вы можете не знать, сэр, что приказа уничтожить ваши танки ждет эскадрилья бомбардировщиков «Ланкастер», а батальоны Эйзенхауэра наступают в боевом порядке.

Гарри было известно, что на том аэродроме не было ничего, кроме пары самолетов-разведчиков «на приколе», застрявших там из-за нехватки топлива.

– Ближе к делу, лейтенант, – сказал Кертель. – Зачем генерал Эйзенхауэр послал вас ко мне?

– Попробую вспомнить дословно, сэр. – Гарри притворился, будто роется в памяти. – Не должно остаться никаких сомнений в том, что эта страшная война стремительно катится к финалу, и верить в возможность победы способен только недоумок с ограниченным боевым опытом.

Намек на Гитлера не ускользнул от офицеров, окружавших своего фельдмаршала. Именно в этот момент до Гарри дошло, чего здесь не хватало. В фельдмаршальской палатке отсутствовали нацистский флаг и портрет фюрера.

– Генерал Эйзенхауэр высочайшего мнения о вас и вашем девятнадцатом корпусе, – продолжил Гарри. – Он не сомневается, что ваши люди положат жизни за вас, что бы ни случилось. Но ради всего святого, спрашивает он, во имя чего? Это сражение закончится полным уничтожением ваших войск, и мы тоже понесем тяжелые потери. Всем ясно, что конец войны – вопрос всего нескольких недель, так зачем эта бессмысленная резня? Генерал Эйзенхауэр читал вашу книгу «Кадровый военный», когда учился в Вест-Пойнте, сэр, и одно высказывание запечатлелось в его памяти на весь период службы.

Гарри прочел мемуары Кертеля две недели назад и понял, что их можно использовать против фельдмаршала. Сейчас он был готов цитировать почти наизусть.

– «Посылать молодых ребят на бессмысленную смерть – признак не лидерства, но тщеславия, и это недостойно кадрового военного». В этом, сэр, вы единодушны с генералом Эйзенхауэром, а потому он гарантирует, что если вы сложите оружие, то к вашим людям отнесутся с высшим почетом и уважением, согласно положениям Третьей Женевской конвенции.