— Знаешь Эглерион, ты мне противен… — Она недоверчиво покачала головой и уже чуть громче продолжила. — Твой лживый змеиный язык достоин того, чтобы принадлежать самом последнему работорговцу в Хараде! Ты…

— Леди Сельвен! Я не позволю Вам сравнивать эльфа с пособниками Тёмного Властелина! — Отрезал принц. — Лорд Эглерион является главным королевским дворецким и, сравнивая его с Харадримом, Вы подвергаете сомнению рассудительность и мудрость моего отца и Вашего короля, Трандуила Орофериона! — Сельвен гордо вскинула голову, встречаясь взглядом с Леголасом. В этот момент он был донельзя похож на Владыку Лихолесья: те же повелительные нотки в голосе, та же высокомерность и холодность в глазах, а на второго эльфа ей не надо было даже смотреть, чтобы предугадать торжествующее выражение его лица. Ото всей этой сцены эльфийке стало противно и тошно.

— Ваше Высочество. — Она старалась говорить как можно спокойней, дабы не выдать все те эмоции, что бушевали сейчас внутри. — Вы совершенно правы. Кто я такая, чтобы подвергать сомнению авторитет нашего Владыки и благородство дворецкого? — Она сознательно опустила так любимую Эглерионом приставку «главный». — Поэтому прошу прощения, что нарушила своим появлением Ваше приятное времяпрепровождение. Доброй ночи! — Слегка поклонившись, она отвернулась и устремилась в чащу, оставляя за спиной приветливое пламя костра и двух, так и хранивших молчание, эльфов, каждому из которых (но в силу разных причин) ей на тот момент больше всего хотелось размозжить голову. Уже совсем скоро полумрак притихшего леса поглотил её полностью.

Сельвен почувствовала его спиной, но слишком поздно, потому как в следующее мгновение, кто-то резко схватил её за руку, заставляя развернуться. Она уже приготовилась к тому, чтобы дать отпор, но замерла в движении. Вопреки её ожиданиям, это был не Эглерион.

— Ваше Высочество? — Прошептала она недоверчиво.

— Сельвен, прошу. — Ответил он в тон, чуть скривившись.

— Теперь я Сельвен? Как же так, Ваше Высочество, мы с Вами на ты или я потеряла уже последнее благородное обращение? — Принц глубоко вздохнул, чуть прикрывая глаза.

— Не говори так… Ты же знаешь твое положение для….

— О да! — Она оборвала его на полуслове. — Как я могу забыть? Ты ведь только что мне об этом напомнил. Указал место дочери лекаря. Что она никто! И подумать только, перед этим….желчным индюком! — В звенящей тишине леса её голос эхом отдавался от окружающих деревьев.

— Замолчи, Сельвен, прошу тебя…

— Ты уже заставил меня замолчать там, я не собираюсь делать этого теперь! В данный момент я ничем не подвергаю сомнению авторитет короля. — Леголас несколько нервно дернул головой, снова встречаясь с ней взглядом.

— Я не мог иначе. — В этих словах было столько сожаления, но ей этого было мало.

— Ты не мог? — Её голос опустился до полушёпота. — Ты наследный принц…Ты же всё видел… — От переполняющих эмоций стало тяжело дышать. Она не могла больше смотреть на него, и её взгляд метнулся вверх, к звездам, в горле застрял комок. — Ты просто не захотел. Выбрал приличия и дворцовый этикет вместо… — Она так и не закончила, лишь сокрушённо покачала головой. — Впрочем, это неважно. — Их взгляды снова встретились. — Уходи. Думаю твоя новая пассия тебя уже заждалась. — Он не проронил ни слова и словно прекрасная статуя, стоял и смотрел на неё этими голубыми глазами, в глубине которых отражалась какая-то сильная эмоция, но она не хотела сейчас об этом ни думать, ни видеть. Сельвен решительно отвернулась и шагнула прочь. А потом всё произошло слишком быстро. В мгновение ока она оказалась прижатой спиной к дереву, его рука крепко обвила её талию, а его губы впились в её.

В этом поцелуе было столько отчаяния и почти звериной страсти, что ощущение накрыло её с головой. Он глухо рычал, прижимая её к себе с такой силой, что ломило рёбра, терзал и кусал, проникая горячим языком внутрь. И она яростно отвечала ему тем же, на каждое прикосновение, царапаясь и кусаясь, выплёскивала из себя всю горечь, обиду и злость. В какой-то момент он дёрнул вниз ворот платья, послышался треск разорванной ткани. Его рука тут же нашла обнажённую грудь, до боли сжав затвердевший сосок между пальцев. По её телу пробежала волна горячего наслаждения, она выгнулась ему навстречу, а он резко подался вперёд, так что теперь она животом ощущала его стянутую штанами напряжённую плоть. Он застонал ей в губы и резко переметнулся к шее, покрывая кожу мокрыми и горячими поцелуями, от которых темнело в глазах. Её руки вцепились в его волосы, прижимая ещё ближе, будто она хотела раствориться в нём, в его прикосновениях. И в этот момент она вдруг увидела себя со стороны, как в темноте ночи бесстыдно и прекрасно переплетались их тела, и их дыхание, сбивчивое и хриплое, как у двух загнанных травлей зверей. Она знала, что сейчас произойдёт и желала этого. «Как и тогда. Только тебе, как и многим другим, ничего не светит, кроме что ночи в лесу…», — прозвучал в голове голос дворецкого. Слова подействовали, словно ушат холодной воды, она резко распахнула глаза, уставившись на мерцающее сквозь ветви звёздное небо.

— О, Эру, за что?… — С её губ сорвался измученный полушёпот. Сельвен жадно втянула воздух. — Нет…Нет… — Её руки упёрлись в плечи склонившегося над ней эльфа, но он, казалось этого и не заметил. — Нет! — Её голос резанул тишину, и она с силой оттолкнула его. Леголас отступил и замер, вперившись в неё потемневшим взглядом.

— Сельвен… — Прохрипел он, шагая к ней.

— Не подходи ко мне! — Её рука вытянулась вперёд в предупреждающем жесте, второй же эльфийка безуспешно пыталась собрать остатки разорванного платья на груди. Его глаза непроизвольно проследили за движением и скользнули вниз, но почти сразу вновь обратились к её лицу.

— Почему ты отталкиваешь меня?… — Эльф опять попытался приблизиться, но она лишь отрицательно завертела головой.

— Нет, нет… Я не смогу пройти через это снова! — На глаза набежали слёзы, она попыталась отойти от дерева, но он тут же шагнул к ней навстречу и преградил дорогу.

— Сельвен, о чём ты? — Голубые глаза удивлённо расширились, а ей вдруг стало нестерпимо больно.

— Не прикасайся ко мне! — И прежде, чем она успела себя остановить, её ладонь отвесила ему звонкую пощёчину. Сельвен замерла на мгновение, но тут же отдёрнула руку, словно обожглась. Принц отшатнулся. Несколько долгих секунд они ошарашенно смотрели друг на друга, пока её полушёпот не нарушил молчание. — Оставь меня, Леголас… Сразу после праздника я уеду, и ты меня больше никогда не увидишь. Так позволь мне провести оставшиеся недели в покое, не мучай меня и не ищи со мной встречи… — Голос предательски дрожал, а эльф напротив был мучительно молчалив. На его лице отразилось сожаление, и это стало последней каплей. — Прощай. — Выдохнула она через силу и вновь устремилась сквозь чащу. Кажется, принц звал её, но не бросился догонять.