Мирол хмыкнул.

– Чтобы сражаться, им не нужно быть живыми.

– Зомби в бою малоэффективны. Вся история Империи свидетельствует об этом. Они медлительны, тупы, должны постоянно контролироваться некромантами или высшей нежитью. Достаточно уничтожить кукловода, чтобы превратить толпу мертвецов в головную боль для собственной армии. Единственная серьезная угроза - это рыцари смерти, а также личи, но последних за все время существования Империи Тьмы можно было пересчитать по пальцам, а подъем рыцарей смерти - есть в высшей степени сложное мероприятие. Если не путаю, оно требует человеческие жертвоприношения и материал отменного качества. К тому же столь сложные ритуалы по плечу лишь высококлассным некромантам, которых у Империи вряд ли наберется необходимое количество.

Мирол молча выслушал эту лекцию и только пожал плечами.

– Мое дело предложить, но только я не думаю, что Шахрион затеял бы эту ерунду, если бы не рассчитывал остаться в выигрыше.

– Согласен. Причем что-то мне подсказывает, что мы столкнемся с результатами его дальнейшей деятельности уже в ближайшее время.
– Принц задумался.
– Но каков хитрец! Дождался, пока война вынудит Орден задействовать все свои резервы и ударил в оголившийся участок. А ведь он рисковал - один высокий сын не там, где требуется, и весь его замысел отправился бы на свидание с Матерью Тишины...

Решение родилось в голове внезапно и будто бы само собой. Конечно! Как он сразу не подумал об этом. Все сложилось просто идеально!

Принц вскочил и схватил учителя за плечи, после чего наклонился к нему и, заглянув в глаза, проговорил:

– И в связи с новостями у меня только один вопрос: будешь ли ты со мною?

– Ты так и не отказался от этой дурацкой идеи...
– грустным голосом проговорил Мирол.
– Ритон, подумай о том, что ты хочешь сделать и о том, когда ты это хочешь.

– Сейчас идеальный момент. Дядя уже стар и он вместе с венценосцем Радении застрянет в Стоградье. Двоюродный брат, эта тупая бездарность, на севере, пытается вернуть то, что по глупости или из-за злого умысла потеряли вассалы. Эльфы заперлись у себя, а прегишты продолжают сражаться с дварфами. Я сильно сомневаюсь, что Отец когда-либо предоставит мне столь подходящий шанс.

Старый воин вздохнул.

– Ты же знаешь, что я буду на твоей стороне всегда, что бы ни случилось.

– Спасибо, - с благодарностью в голосе проговорил принц.
– Это действительно важно для меня.

– Но я прошу тебя об одном.

– О чем же?

– Не глупи. У тебя почти нет людей.

– Серебряная гвардия, - произнес принц два заветных слова. Он видел, как Мирол отвел взгляд, и на мгновение испытал стыд - то, что он только что проделал, было гнусно и низко, но по-другому никак. Две тысячи солдат второй королевской гвардии, столь любезно оставленных дядей в столице, были нужны ему, как воздух.

– Хорошо, - проговорил, наконец, старый герой.
– На это потребуется время, но ты получишь вторую гвардию венценосца.

– Я верю в тебя, - произнес принц.

С этими словами он покинул учителя - не стоило отлучаться из своей комнаты дольше необходимого. Ему предстоит много, очень много работы.

Что же, оказалось, что он был прав, а недруги ошибались. Он говорил, что Шахрион возродил некромантов, он говорил, что его армию разгромили немертвые, но разве кто-нибудь ему поверил?! Конечно же, нет, зачем? Ведь есть непогрешимый Нилб, который всегда прав, все знает и понимает!

Принц заскрипел зубами, пролетая по коридору и напугав своим видом служанку.

Когда Ритон влетел в свои покои, захлопнув за собой дверь с такой силой, что та жалобно затрещала, что-то показалось ему странным.

Он внимательно огляделся. Ничего не пропало, только...Только окно было открыто. И тут он услышал тихое хлопанье крыльев позади себя.

Принц резко обернулся. Над дверью завис, с зажатым в клюве свертком, иссиня черный ворон. Мертвый.

Глава 6.

Двадцать первый день второго месяца зимы 4-го года со дня окончания Последней войны.

Ледяной ветер завывал в пустынных голых коридорах древней крепости. Император Паштион Пятый зябко поежился. Зима выдалась на редкость морозной, лед сковал даже болота леса Ужаса. Паукам, должно быть, сейчас тяжело в своих подземных гнездах.

Паштион старательно отбросил все лишние мысли и настраивался. Его ожидал важный разговор с сыном. Мальчик сильно изменился после того случая, и император винил себя в произошедшем.