– Тирихарии? Они не очень-то разумны, но нас не трогают, если только мы их не беспокоим.

– Тогда они гораздо умнее многих людей, - засмеялась принцесса, и Шахрион поддержал ее.

– Я читала, что Цитадель - один из старейших городов мира. Какой он, расскажи?

– Большой. Очень большой. И каменный - у нас никогда не было недостатка булыжников.

– Он ведь возле самых гор Ужаса?

– Да, в предгорьях. Блоки для стен вырубались прямо из скал и разбить их попросту невозможно, вот поэтому Цитадель никто и никогда не мог взять штурмом.
– Помаленьку Шахрион входил во вкус, и голос его зазвучал увереннее.
– Все улицы вымощены камнем, некоторые булыжники лежат с первого дня основания города! А сама Цитадель, она уходит под землю на мили, там настоящий лабиринт. Я даже один раз заблудился в коридорах, и отцу пришлось потрудиться, чтобы меня отыскать.

– А у вас большая библиотека?

– Огромная, занимает целую башню.

– Счастливый, - горестно вздохнула девочка.
– Вот бы прочесть их все.

– А кроме чтения ты любишь что-нибудь?

– Книги - это моя страсть. Первую я прочитала, наверное, лет в восемь и с тех пор не могу остановиться, а ведь мне уже пятнадцать, пора о муже думать, а я все книжки листаю, - хихикнула она.

– Пятнадцать?
– резко затормозил Шахрион.
– А я думал, что ты моя ровесница или даже младше.

– Это из-за здоровья - я выгляжу моложе своих лет. А так я вторая дочка венценосца, разве ты не знал?

– Нет, - покачал головой наследник императора.

– А это что-то меняет?

– Да не особо.

– Вот и отлично, пойдем уже, - потянула она его.
– Хочу показать одно красивое место.

Они сошли с оживленной улицы, пробрались мимо прижавшихся друг к другу домов, перебрались через небольшую каменную оградку и оказались посреди настоящего березового леса, пахнущего соком и летом.

– Откуда в городе деревья?

– Это эльфийская традиция. В каждом городе звездорожденных есть небольшая роща для отдыха, в которой можно посидеть, воссоединиться с природой и отрешиться от суеты.

– Так это эльфийские деревья?

– Увы, нет. Рощу посадили пару сотен лет назад мои предки в знак уважения к старшим братьям.

Шахрион постарался скрыть брезгливое выражение лица - эльфов он ненавидел всеми фибрами души.

Лариэнна, однако, тут же уловила его эмоции.

– Извини, ты, наверное, не очень любишь звездорожденных. Все-таки сотни лет вражды. Пойдем, посидим. Тут хорошо и тихо. Это место я люблю почти так же, как и фонтан.

В рощице действительно было хорошо, но Шахрион все равно чувствовал себя не очень уверенно. Самое обидное, что он не знал, о чем можно говорить с девушкой, когда остаешься с нею наедине.

– Лариэнна, а почему именно книги?
– спросил он первое, что пришло в голову.

– Почему?
– девушка задумалась.
– Ну, с моим здоровьем с ребятишками не поиграешь. Но это, конечно, не главное. Я ищу знания.

– Для чего? Чем могут помочь кому-нибудь древние фолианты, если только в них нет заклятий?

– Ты не любишь читать?

– Не очень, - честно признался мальчик.
– Учителю приходится меня заставлять.

– Напрасно. Те, кто знают прошлое, могут изменить будущее.
– Она дружелюбно улыбнулась ему.
– По крайней мере, я так считаю. Теперь моя очередь задавать вопросы.

– Хорошо, спрашивай.

– Правда, что все отмеченные Матерью, носят специальные кольца?

– Да, нас поэтому и зовут кольценосцами. В Империи благороднейшими считаются только те, кто отмечен богиней и в знак своей избранности они должны носить кольцо на видном месте.

– Все?

– Да, даже императоры.

– А где твое?

Шахрион сунул руку под камзол и извлек оттуда большое кольцо, висящее на веревке.

– Для пальца пока великовато, - пояснил он, - но как только подросту - обязательно надену его.

Лариэнна приняла украшение и начала с интересом вертеть его перед глазами, рассматривая полустертые от времени медные гравюры на железном ободке.

– Какая тонкая работа. Все-таки Шахрион Первый был великим императором, это ведь по его приказу признаком благородства в Империи стала отметка Матери?

– Кажется, - не очень уверенно ответил ей принц.
– Да и какая теперь разница? Кольценосцев почти не осталось. На всю Империю наберется едва ли дюжина.

– Получивших долгую жизнь никогда не любили, - невпопад отозвалась принцесса.
– Ни магов, ни, тем более, отмеченных. Знаешь, я тебе даже завидую.

– Почему это?