Валентина Ивановна так ни разу и не оглянулась. Наверное, была уверена, что в такую пору никто за ней не вздумает идти, тем более на Русалочий омут. Она уверенно миновала подводную дорожку и исчезла в развалинах мельницы.

– И мы туда пойдем? – неуверенно шепнула Варя.

– Хочешь, оставайся, – разрешил ей Федька. – С поросенком.

Варя огляделась. Не очень-то хотелось ей оставаться одной на берегу! Даже с Пятачком.

– Ладно, мы с вами, – сказала Варя. – А то Пятачок испугается, хрюкать начнет.

Только они спустились к воде, как на мельнице послышались шаги. Валентина Ивановна вышла на площадку к колесу. Пришлось опять шмыгнуть в кусты и затаиться.

– Стемнеет совсем... – пробормотал Федька. – Как же мы эту дорожку в воде разглядим?

Время шло. А Валентина Ивановна не торопилась уходить. Она звякала в воде какой-то посудой и даже мурлыкала песенку.

– И правда, ведет себя, как русалка, – шепнул Веня. – Ничего не боится. Хотя чего ей бояться? Думает, что всех напугала, а сама – герой.

Наконец Русалка ушла. Ребята подождали еще немного, чтобы убедиться в том, что теперь уже можно перебраться к мельнице. Но как? Федька не зря опасался: в темноте подводная тропинка стала совсем незаметна под водой.

– Попробую ногами нащупать, – сказал Федька.

Но он не смог обнаружить даже начало дорожки.

И тут Веня почувствовал, как встрепенулся Пятачок, вырываясь из его рук.

– Подожди, Федька, – шепнул Веня. – У нас же есть проводник.

Он отпустил поросенка, тот понюхал воду, попил немного, будто ради этого и спешил освободиться, и... потопал по воде! Веня едва успел схватить его за хвост.

– Не торопись, Пятачок, – шепнул он. – А то все будет напрасно.

Странно, но поросенок понимающе промолчал. А ведь вполне мог бы хрюкнуть в ответ на то, что его схватили за хвост. Веня даже не отпустил его на протяжении всего пути – так и держался за спасительный крючок. Наверное, если бы и у Вени был такой же, то и Федька бы за него ухватился. Но Федька не держался за Веню, а страховал Варю.

Так и перебрались. У мельницы следить стало легче: там было столько всяких нагромождений, что в любой момент достаточно было бы присесть, чтобы стать незаметными. Но и этого пока не требовалось. Оставалось лишь одно: не шуметь и затаиться поближе к тому месту, где находилась сейчас Валентина Ивановна.

Определить это место помогали легкие отблески света. Этот свет мерцал внутри развалин, и ребята пробирались к нему по уже знакомым закоулкам. Впереди была та самая комната, в которой они обнаружили люк. Пора было и остановиться, потому что раздался голос Валентины Ивановны:

– Как ты думаешь, долго еще?

– А кто его знает? – ответил мужской голос. – Какое-то заколдованное место!

– Заколдованное? – засмеялась Валентина Ивановна. – Ты еще скажи, что здесь водяной живет и тебе мешает.

– А что? Может, и мешает. Не отдает свои сокровища. Понимаешь, Валь, я уже устал с этой водой. Черпаю, черпаю, а она все не убывает. А тут еще эти малолетки отвлекают... Ты что, не объяснила им ничего?

– Как же, все объяснила! Да и ты ведь так их напугал, что вряд ли они сюда еще раз сунутся. Мне всегда говорили: у твоего брата прирожденный актерский талант. Наверное, детишки сейчас где-нибудь под одеялами от страха дрожат. Петя, а ты не перестарался? Вдруг они взрослых позовут?

– Не позовут. И вообще, это уже твоя забота. Ты сама ими займись получше. Не спускай с них глаз. Скажи, что в цирке работаешь, зверей дрессируешь.

– Зачем это?

– А с ними поросенок бегает. Вот и скажи, что отдрессируешь его – они поверят. Будете прыгать там возле деревни, а я здесь спокойно все закончу. Мне немного осталось.

– Ты же сам говоришь, что вода не убывает, – сказала Валентина Ивановна. – Как же немного?

– Понимаешь, здесь какой-то секрет есть. Я его разгадать должен. Как-то должна эта чертова вода сливаться! Ведром, наверное, и за все лето не вычерпать. Надо подвал обследовать со всех сторон. Помнишь, когда мы читали про эту мельницу в архиве, там упоминалось о секрете. О секрете камня. Что имелось в виду? Я вот голову над этим ломаю, а понять не могу. Завтра обстучу всю подвальную стену со стороны запруды.

– А воду сливать когда? – напомнила Валентина Ивановна.

– Что без толку эту воду лить? Говорю же, бесконечная она. Уже видеть не могу это ведро!

Раздалось звяканье. Наверное, брат Валентины Ивановны в сердцах пнул ведро ногой.

– А тут еще эти малявки! – продолжил сердито Петя. – Сначала палатку мою углядели, а потом и камнями вздумали швыряться, когда я их в очередной раз пугал. Не очень-то и боятся.

– Сколько тебе еще времени надо, как думаешь? – спросила Валентина Ивановна. – Ты ешь, ешь. А то вон похудел, смотреть страшно. И впрямь, как водяной.