Открываю дверь и вижу знакомую обстановку. С этим местом связаны все мои воспоминания. Здесь я училась стрелять, драться, здесь я стала той, которой была раньше. Знакомый пол, стены, с каждым местом, с каждым углом этого здания я знакома. Я клялась, что больше сюда никогда не приду, никогда не попрошу у него помощи, и выполняла эту клятву полтора года. Так бы я и выполняла ее, но мне нужно увидеть Максима, мне нужно знать, что знает он. Я должна собрать паззл собственной жизни.

Я шла знакомыми коридорами, люди смотрели на меня удивленно, некоторые здоровались, некоторые просто проходили мимо. Макса, скорее всего, в кабинете нет, поэтому я сразу пошла на стрельбище, как он называл это место.

Когда я уже подходила к месту назначения, передо мной встали два амбала. Они были выше меня в два или три раза, шире во все десять раз. Я хотела пройти мимо них, но на меня обрушился шквал вопросов:

– Ты кто такая? Где пропуск? Как сюда прошла через систему охраны?

– Стоп. Притормозите. Вы не знаете кто я? – мне их не побить, значит, будем давить статусом.

– А должны? Вас тут таких тыща проходит, всех не запомнишь.

– Мозги бы сначала вспомнили, что такое.

– Что ты вякнула?

Вякнула? Давно со мной так никто не разговаривал.

– Что слышали! Если вы меня не пропустите или тронете, то Максим тронет вас.

– Максим Андреевич? И откуда ты его знаешь?

Эти два имбицила начинали меня уже бесить.

– От верблюда, блин. Пропустите, а то хуже будет.

– И что ты нам сделаешь?

Ой, лучше бы они не спрашивали, я уже хотела хорошенько высказаться, так как не смогу избить их, но мне помешал до боли знакомый голос:

– Ребят, лучше пропустите, а то действительно будет хуже, а тебе бы, Эли, перед тем, как приходить, нужно хотя бы позвонить.

Этот голос принадлежал Лешке. Моя первая любовь. Мы даже несколько месяцев встречались, но меня, скажем так, перевоспитали, и он меня бросил. Честно признаться, было много истерик и слез, но при нем я держалась, чтобы он не знал мое истинное состояние. Он был высоким, мускулистым, а тело… тело просто что-то, оно всегда вводило меня в ступор. Старше меня он на каких-то десять лет. Изначально я думала, Макс нас убьет, но мы клятвенно заверили, что все нормально. Если Максика я не видела полтора года, то его целых два. Не знаю, как так получилось, но через секунду я уже висела у него на шее, а он обнимал меня.

– Лешка, когда хочу тогда и прихожу, имею право.

– Ты к Максу, как я понимаю?

Я кивнула, и мы пошли туда, куда я и направлялась. Когда я видела его в последний раз, то еще любила, а сейчас, я просто искренне рада его видеть, без любви. За два года произошло многое. Вот интересно, он про меня вспоминал хоть раз за это время? Сейчас я понимаю, что весь наш "роман" изначально был обречен на провал, но тогда я верила, что это не так.

Если бы не удивленное лицо Макса, я бы так и шла вперед, не обращая внимания ни на что. Я улыбнулась во все тридцать два зуба и кинулась на его шею. Он меня приподнял и даже несколько раз покружил.

– Как ты сюда попала?

– Вот нет, чтобы сказать: "Привет, я рад тебя видеть, как дела, что нового, как поживаешь, что делала все это время". Он мне выдает: "Как ты сюда попала?"

– Да ладно, ты бы мне вот так ответила? Ну, так что, как?

– Через дверь.

Этот диалог напоминал мне мой же диалог с Эриком, но я должна знать, кто он на самом деле.

– Не понял. Через дверь? Мимо охраны, мимо камер слежения?

– Ну да, через дверь, берешь, открываешь и попадаешь куда угодно. Понимаешь?

Его лицо перекосилось, а значит понимает. Значит, он что-то знает. И опять та же ситуация, все что-то знают, а я ничего не знаю. Неужели нельзя просто мне все рассказать и не морочить голову?

– Значит понимаешь. Расскажешь?

Он смотрел на меня внимательно. Узнавал, не вру ли я. Потом кивнул, и мы пошли в очередной его кабинет, чтобы поговорить наедине. Когда мы вошли, я начала говорить:

– Надоело, все всё знают, только я одна, как белая ворона, ни черта не знаю. Отец и мать скрывают мою жизнь, Старик на нервы действует, да даже Антон с Кирой знаю больше, чем я, а про Эрика я так вообще молчу, и ты теперь туда же, тоже скрываешь от меня все. Ответь мне: какого хрена происходит? Почему все всё от меня скрывают?! Неужели я недостойна знать, что происходит и происходило в моей жизни?!

Я ходила по кабинету туда-сюда, но в конце своей пламенной речи я остановилась, повернулась к Максу и начала смотреть в его карие глаза. Вместо ответа на мои вопросы, он сам меня спросил:

– Ты знаешь Эрика?

Я взорвалась окончательно:

– Знаю ли я Эрика? Знаю ли я, этого чертова подростка-извращенца?! Знаю ли я, этого чертова козла-переростка?! Знаю ли я, этого озабоченного дибила?! Дибила, которого я давно подумываю кастрировать и убить?! Да, черт возьми, знаю! – внезапно мозг начал работать, и я даже успокоилась. – А откуда ты его знаешь?