Я бросил весло, выхватил оружие, лодка шатнулась подо мной. Металлический жезл в моих руках был холодным, песни мчались в нем, звенели на острие. Но еще громче звучало волшебство в браслетах, - я не заметил, как оно толкнуло меня вверх, швырнуло в небо.

Я молчал, но весь мир пел за меня, и я летел.

Клинок сверкнул, я отразил его жезлом, и звездное небо закружилось. Ветер бил в лицо, отнимал дыхание, но я смеялся. Все небо стало моим, расступалось от каждого движения, от каждой мысли, - мне не нужны были крылья и небесные реки, я был сильнее их.

Я жил ради этого дня.

Мой враг оставался черной тенью, но он был так близко, что я различал песню его души, - она сияла и билась, тоскливая нота вплеталась в нее, звала все выше. Наше волшебство схлестывалось, расходилось кругами, и я все смеялся, не мог остановиться.

Враг забил крыльями, скользнул в сторону, - я позволил ему. И почти сразу рванулся следом, сквозь хлесткий ветер, холод и восторг. Враг вновь попытался обойти меня, попытался ударить, - но меч скользнул мимо, пронзил лишь воздух. Песни мчались вокруг нас, как смерч.

Я мог уничтожить врага, убить его в любое мгновение. Опьяненный полетом и схваткой, я помнил об этом. Помнил, но хотел вечно лететь, сражаться в небе.

Эли! Дымная пуля прострелила сердце песен, и я задохнулся, на миг перестал видеть врага и небо. Эли, помоги мне! Я внутри гор, она убьет меня!

Я рванулся верх, закружился, глядя как враг поднимается следом, ловит потоки. Не закрывая глаз, я вернулся в Рощу и запел.

"Я не знаю разрушительных песен, - сказал мне тогда Зертилен.
– Но песня яда может убить. И может вылечить, все в твоих руках".

Песня потекла, раскаляясь, заполнила жезл, зазвенела, стремясь вырваться.

Враг все еще боролся с ветром - и я упал вниз, ударил жезлом, полоснул еще раз. Зазвенел металл, крыло разлетелось осколками. Волшебство вонзилось в тело врага, полыхнуло в крови, - я слышал гул яда, видел его огонь.

Я не дал врагу упасть, схватил его, мы вместе опустились на скалы. Он рухнул, едва я разжал руки, - песня яда бушевала в его сердце, пожирала жизнь.

Я сорвал с него шлем, швырнул прочь. В темноте лицо было неразличимо, но я видел как моя магия проступает сквозь кожу, несется потоками синего света.

Все волшебники учат язык врагов, вся Роща знает его.

Это важное знание, я не забыл его, и чужие слова пришли легко.

– Как тебя зовут?
– спросил я.

– Лаэнар, - прошептал он. Отрава уже завладела его голосом, он стал прерывистым и хриплым.

– Лаэнар, - повторил я и запел.

Имя вернулось к нему и сомкнуло его песню с моей, как замыкают звенья цепи. Яд полыхнул еще ярче, но теперь подчинялся мне. Враг был в моей власти.

– Слушай внимательно, Лаэнар, - сказал я.
– Мой удар был отравлен, и через полчаса ты умрешь. Ты умрешь еще раньше, по одному моему слову. Не пытайся ничего сделать, не пытайся никого звать.

Он кивнул.

Должно быть, песня яда открыла мне его душу: я не видел его глаз, но чувствовал страх - глубокий и неодолимый как морские волны. Враг бился об этот страх, он хотел жить.

– Я могу вернуть тебе жизнь.
– Слова чужого языка поднимались из памяти, одно за одним, и позади каждого вспыхивала Роща, придавала мне сил.
– Но твоя жизнь будет принадлежать мне. Ты хочешь жить?

Он снова кивнул - тень в росчерках яда.

– Я обменяю твою жизнь на жизнь моего друга, - сказал я.
– Он внутри гор, ему грозит смерть. Ты можешь привести меня к нему?

– Да, - проговорил он.
– Я видел, как они упали в колодец... Смогу.

Его страх опьянял меня.

– Если ты приведешь меня не туда - умрешь. И если мы придем слишком поздно - умрешь.

– Хорошо, - выдохнул он.
– Не убивай Арцу.

Арцу? Вторая тень, напавшая на нас и сражающаяся сейчас с Тином в глубине гор, - это Арца? Хрупкая девочка, смотревшая на меня с ужасом и надеждой?

Нельзя думать об этом сейчас.

– Все будет зависеть от тебя, - сказал я.
– Покажи, где они.

Я помог ему подняться, и мы взлетели. Я держал его за плечи, и он словно якорь, тянул меня на дно, - но браслеты были сильнее, небо все еще было моим. Я слышал песню лодки, - сумеречная и ясная она звала к себе, была совсем близко.

– Там.
– Враг указал вниз, в черноту гор.

Мы помчались вниз, рассекли небесные реки, одну за другой, - земля приближалась, я готов был остановиться, но враг выкрикнул, надрывно:

– Лаэнар!
– И скала под нами разошлась, открыла колодец, я увидел свет в глубине.