Земля и небо, воздух и люди, оружие и машины, - все вспыхнуло восторгом, таким ярким, что я потеряла голос, потеряла дыхание.

Я забыла обо всем, я была счастлива.

Казалось время изменило ход - и я не заметила, как солнце опустилось к западу, ветер стал холоднее и удлинились тени. Машины взлетали, разворачивались, - в город и на восток, вдоль побережья и вглубь мира. Мы победили, враг разбит, но ни один захватчик не останется на нашей земле, не спрячется среди руин или в лесу, - всех их ждет море или смерть.

Крылья медленно закрылись, прижались к спине. Я опустила меч в ножны - и не смогла вспомнить, как доставала его. Горло горело от победных криков, дыхание было рваным от восторга. Но радость уже стала спокойной, опустилась вглубь сердца, и мысли вернулись.

Мы все еще стояли на крыше машины. Солнце багровыми отблесками вплеталось в волосы Мельтиара, отражалось в наших доспехах. И сияло в глазах Амиры, - ее крылья дрожали, она плакала, беззвучно, глядя вверх. Ее радость была такой пронзительной и острой, что я чувствовала, - еще миг и я разрыдаюсь вместе с ней.

– О, Амира.
– Мельтиар наклонился, стер ее слезы.
– Не плачь.

– Я так счастлива!
– Амира обняла его, ее голос стал едва различимым всхлипом.
– Я никогда в жизни не была так счастлива!

Самый счастливый день в жизни, - это так, и я хотела сказать об этом вместе с Амирой, но воспоминания уже вернулись ко мне, мысли вернулись.

Это самый счастливый день, мы победили, мы сияли так ярко и Мельтиар с нами.

Но нас трое.

Вчера на побережье прилетела машина из города, привезла предвестника Эркинара. Одетый в белое, он казался бледным и хрупким вдали от зеркал и каменных сводов.

"Лаэнар уплыл, - сказал он.
– Мы увидели его, он уже на Королевском острове".

"Уплыл?
– повторил Мельтиар. Я была уверена - сейчас он ударит пророка или убьет. Но он только сказал: - Но вы показали мне время и место, здесь, а не за морем!"

"Он будет здесь", - кивнул пророк.

"Я должен увидеть Эркинара", - сказал Мельтиар и исчез в вихре темноты.

Ночью меня коснулась его мысль, лишенная слов, - Лаэнар вернется, все будет хорошо.

Я до сих пор не спросила ни о чем.

Мельтиар взглянул на каждого из нас, по очереди, долго, и сказал:

– Возвращайтесь в город. И не беспокойтесь - я все успею. Мое время еще не кончилось.

Темнота рассыпалась шквалом искр, обдала нас жаром, отняла дыханье на миг. И погасла - Мельтиар исчез, мы остались на крыше машины втроем. Я все еще слышала его слова, они не смолкали, опутывали сердце ледяными нитями.

Время... еще не кончилось?

– Что он сказал?
– прошептала Амира. Ее радость стала теперь стеной тонкого стекла, звенела и дрожала, но не могла скрыть пропасть страха.
– О чем он? Рэгиль, скажи, я вижу, ты знаешь!

– Я расскажу по пути, - тихо ответил Рэгиль.

Мы запрыгнули внутрь машины. Огни панелей замерцали, запели двигатели, мы разрезали небо. Мир мчался мимо нас: штормовое море и песчаные дюны, холмы и дороги, закатное солнце и гряда гор, вырастающая из-за горизонта. Мир вокруг стал одним ярким пятном, - я не могла смотреть по сторонам, я ждала, что скажет Рэгиль.

– Он уже это говорил.
– Голос Рэгиля, такой спокойный и тихий, был словно исчерчен изнутри - так видишь следы молний за закрытыми веками, черные на белом.
– И еще он говорил после битвы в столице: "Что бы не случилось, помни о цели, она важнее всего, победа важнее всего". И он говорил, много раз, что его время скоро кончится.

Я поняла - никогда прежде мне не было страшно. Лед звенел в моей крови, замораживал душу. И, пытаясь спастись от него, я сказала:

– Война закончится, наступит преображение. Он говорил об этом?

Рэгиль покачал головой.

– Я не знаю.

39.

Парус раздувался над нами - серебристый шелк, наполненный ветром и волшебством. Я не слышал своего голоса, - он смолк еще на берегу, когда песня полета освободила корабль из песка, опустила на воду. Без единого звука и почти без сил, я пел. Море бросалось на нас, пыталось ворваться в пробоины, захлестнуть, разломать палубу, увлечь на дно трухлявые доски. И, не в силах забрать корабль, море затопило мою душу.

Моя жизнь утекала в песню, я не слышал себя и не видел, я стал тенью. Каждый порыв ветра, каждый удар волны грозили сбить меня с ног, - но я не мог замолчать. Иногда сознание возвращалось ко мне, и я видел Ниму. Она обнимала меня, ее тепло и солнечный напев вливались в мое сердце и стремились вверх, к парусам. Иногда я чувствовал на плече руку Лаэнара. Его сила была горячей и звонкой, и песня разгоралась, корабль поднимался над волнами, мчался быстрей.

Так продолжалось бесконечно - я терял силы, принимал и выплескивал их вновь вместе с песней и кровью души. С каждым разом волшебство проникало в корабль все глубже, ветер стал вторить ему и волны, - море уже не сражалось с нами, не пыталось задержать.