Шрифт:
Лицо Марка застыло.
– Я прошу прощения, мисс Гамильтон. Больше это не повторится.
От собственной несдержанности и грубости ей стало нехорошо.
– Простите меня, я не хотела... не хотела грубить вам. Просто...
– Волнуетесь? – подозрительно быстро оттаял Марк.
– Опаздываю!
– Желаю вам удачи!
– Спасибо. И...
– Проблемы? – спросил он и вдруг улыбнулся.
Дыхание у Хелен пресеклось.
– Пожалуйста, пока ничего не говорите дяде... – выдавила она и пулей вылетела из библиотеки.
Она выбежала так быстро, что едва не сбила с ног Одри, которая маялась у дверей, дожидаясь Хелен.
– Сказала, что тебе нужна минута, а проторчала в библиотеке битый час, – заворчала она. – И почему ты такая запыхавшаяся? За тобой погнался книжный червь?
– Вот именно. Спасаясь от червя, я заблудилась между шкафов и еле выбралась из этого лабиринта.
– Все шутишь. А это что? – Одри кивнула на книгу, которую Хелен прижимала к груди изо всех сил, даже не замечая этого. – Японская поэзия? Боже, ты будешь это читать?
– Обязательно!
11
– Как прошло ваше собеседование, мисс Гамильтон?
Хелен сидела на диване в гостиной и пыталась читать. Конечно, делать это было спокойнее в своей комнате или в библиотеке, но Хелен не хотелось выпускать из виду Одри, а приближаться к библиотеке было вообще самоубийственным занятием, потому как она теперь знала, что ее облюбовал Марк Макиавелли. Хелен надеялась, что в гостиной она будет в относительной безопасности, но Марк добрался до нее и тут.
– Не спрашивайте, – буркнула Хелен, не отрывая глаз от страницы.
– Вам отказали? – Марк присел на диван и сделал вид, что ее неприветливость в порядке вещей и он, страдалец, уже привык к неласковому обращению.
Хелен тяжко вздохнула и оторвалась от книги.
– Вас это удивляет?
– В общем-то да.
– Вы слишком хорошего мнения обо мне. – Хелен снова уткнулась в книгу, вдруг подумав о том, что Марк единственный, кто искренне интересуется ее делами... какова бы ни была причина этого интереса.
– Расскажете, что случилось?
Кажется, он еще и сочувствует?! Хелен решительно закрыла книгу и отложила ее.
– В общем, я сама это подстроила, – неожиданно призналась она. – Хотела, чтобы взяли Одри, но она умудрилась провалить собеседование, и в итоге мы обе остались не у дел.
Только Одри, кажется, это не слишком расстроило!
– Ваш альтруизм был бы более оправдан и понятен, если бы имел хоть какой-то смысл! – резко заявил Марк, и Хелен воззрилась на него с удивлением. Это было именно то, о чем она сейчас думала, хотя и в несколько другой интерпретации. – Но это, кажется, опять не мое дело.
– И это действительно так, – вяло подтвердила Хелен.
Марк не ответил.
– Вы обиделись? – после длительного молчания спросила Хелен.
– Хелен, это ваша жизнь, и вам решать, какие возможности использовать, а каким позволять уплывать прямо из рук. Кстати, где проходило ваше собеседование?
– В Эй-ди-си. Это компания, занимающаяся строительством, архитектурой и дизайном. Ну что?
Марк чуть заметно помрачнел.
– Я слышал о ней. Это довольно крупная и стабильно развивающаяся компания, занимающая прочное положение на рынке. У нее прекрасные перспективы...
– Я тоже читаю экономические журналы, – вспыхнула Хелен.
Но Марк ее словно не слышал.
– И если хотите знать мое мнение, то я считаю, что было довольно глупо упускать возможность получить работу в этой компании. Тем более из-за вашей легкомысленной подруги. Кстати, где она?
– Общается с Робертом... – Хелен кивнула в сторону окна, из которого была прекрасно видна площадка перед бассейном с двумя шезлонгами, в которых сидели Одри и дядя Хелен. – Уже почти час. Только я ума не приложу, о чем они могут говорить.
– О вас.
– Вряд ли. – Хелен попыталась усмехнуться, но ей это не удалось. – Одри не обладает настолько пространной информацией обо мне, чтобы ее хватило на целый час беседы.
– Но ведь вы не знаете возможностей Роберта по извлечению этой информации и интересов, которые заставляют его эту информацию добывать.
– Зачем вы мне это говорите?
– Потому... потому, что я беспокоюсь за вас, Хелен.
Он встал и вышел, оставив Хелен в состоянии прострации. Он беспокоится за нее! Более невероятного заявления она и представить себе не могла.