Поэтому я не торопился сообщать Марте, что ее любовник мертв, но понимал, что долго не смогу это скрывать. Я ничего не скажу ей, пока не перестану в ней нуждаться, несмотря на то, что она, наверное, имеет право знать правду.

Она спросила:

— Вы готовы? Я провожу вас до дома Дэймона. — Ее голос был ломким как стекло.

— Только не путайтесь у меня под ногами.

Она прижалась ко мне, и я знал, что она почувствовала револьвер у меня под пиджаком. Ее бедра чуть дрогнули, и она прошептала:

— Если бы не Элвин, я смогла бы заставить вас забыть женщину, которая вам звонила. Хотите, попробую?

— Давайте не забывать про Элвина. — Я не слишком деликатно оттолкнул ее.

Она улыбнулась мне, но ее глаза смеялись.

— Я вас волную.

— Не особенно. — Я направился к двери. Позади раздался тихий смех. В следующую секунду она догнала меня, и мы вышли вместе. Я захлопнул и запер дверь. В лифте она молчала и, когда мы оказались на улице, шла рядом со мной с поднятой головой, держась очень прямо и небрежно перекинув норковое манто через руку. Легкий ветерок слегка шевелил ее черные волосы.

Как и прежде, мимо дверей и подъездов я проходил с осторожностью, и она, заметив это, сказала:

— С вами мне не страшно.

— Я беспокоюсь не о вас, — заметил я угрюмо.

Она быстро взглянула на меня.

— Думаете, за нами кто-то следит?

— Не знаю.

После этого она замолчала. Мы добрались до моей машины, и я открыл ее, окинув улицу внимательным взглядом.

— Пока все в порядке, — сказал я, открывая дверцу. — Но я ничего не могу гарантировать. — Я поколебался, потом нерешительно продолжал: — Вам следовало бы знать, что в меня сегодня стреляли. Меня пытались убить, и попытку эту наверняка повторят. Вы по-прежнему хотите со мной ехать?

Ее глаза широко раскрылись и ярко блестели в свете ближайшего фонаря.

— Кому нужно вас убивать?

— Хотя бы Джону Дэймону.

Она нахмурилась.

— Почему?

— Потому что я сую нос в его дела. Потому что он знает, что мне известно, кто послал двух головорезов пристрелить меня. Он на этом не остановится, неужели не ясно? — Не спуская с нее глаз, я добавил: — Вы-то знаете Дэймона или знали его…

Мне показалось, что ее пробрала дрожь.

— Да, я знала его, но как он догадался, что вы хотите…

— Я думаю, его предупредила миссис Бэйн. Она подслушала мой телефонный разговор с Элвином… Ну как, все-таки едете?

Она колебалась, в глазах ее что-то мелькнуло, может быть, страх.

Я сказал:

— Садитесь сзади, если хотите. В случае чего там безопаснее.

Она решилась и твердо сказала:

— Я еду с вами.

Я пожал плечами.

— Хорошо, но пригнитесь, если я скажу.

Она все еще колебалась.

— Я… я не сознавала…

— Конечно, — огрызнулся я, — все это вам нужно, чтобы получить козыри против миссис Бэйн, чтобы Элвин мог развестись с ней и жениться на вас. Вы думали, что будет очень забавно поехать со мной? И накрыть Дэймона с миссис Бэйн. Если вы по-прежнему так думаете, то поехали.

— Я знаю, у вас есть пистолет, — ответила она спокойно. — Я почувствовала его у вас под пиджаком.

— Еще бы. А вы что, полагали, что я отправлюсь на охоту за человеком вроде Дэймона с рогаткой?

— Не сердитесь, — сказала она, — я хотела просто помочь. Я была уверена, что вам не известно о его переезде…

— Спасибо, мисс Кинг. Если бы вы только сказали, куда он переехал, я тронулся бы в путь.

— Нет, я хочу ехать с вами. — Она прошла мимо меня и забралась на переднее сиденье. Я захлопнул дверцу, обошел машину и сел рядом с ней. Она рассматривала фотоаппарат, лампы и пленки, лежащие на сиденье.

— Что это? — спросила она.

— Всего лишь орудия ремесла, моя дорогая. Я профессиональный шпик. Я подкрадываюсь со своим маленьким аппаратиком и снимаю людей, лежащих в постели, хотя им не полагается быть там вместе. Я заглядываю в замочные скважины и окна и ловлю людей с ложными алиби. Я всегда к услугам, день сейчас или ночь. Если вам требуется быстрый и простой развод, обратитесь к Джеймсу Т. Беннету. Он все устроит и будет держать язык за зубами. Цены доступные.

Она мягко произнесла:

— Зачем эта ирония? Вспомните, что вы делаете это для Элвина.

— А как же, — сказал я, — Элвин мой друг, брат по крови. Я пройду сквозь боль ради старого доброго Элвина.

— Мистер Беннет, мне кажется, вам необходимо глотнуть.

— Да вы зовите меня Джим. Бутылка там. — И я ткнул пальцем в отделение для перчаток.

Мимо проезжали машины, и по тротуарам проходили редкие прохожие, но не замечалось ничего необычного. Никто в меня не стрелял. Я подумал о своих приятелях из переулка, особенно о том, похожем на студента, у которого остался мой револьвер. Где он? Я ненавидел и его, и Джона Дэймона, и Джерри Лонгера. А еще я думал о Сэнди.