— А если позвонить ему и по сигналу определить место… — Ника не договорила, Ротвейлер, как всегда, беспардонно ее перебил:

— Это риск. Если бы Платона не держали в заложниках, мы бы так и поступили. Но где гарантия, что Бамба будет в том месте, где держат Платона?

— Но можно же пока установить наблюдение за Бамбой, — осмелела Ника, в конце концов, она имеет право отстаивать свою точку зрения. — А он приведет нас к дому, где держат Платона.

— Думаешь, ты самая умная? — хмыкнул зам. — Бамба не дурак. Как только он поймет, что мы его ловим по сотовой связи, Платона перевезут в другое место. Твой вариант годится на тот случай, если мы зайдем в тупик. Пока у нас есть надежда. Когда задержим убийцу, будем действовать сразу со всех сторон. А до этого ждем, когда Бамба позвонит или ему позвонят.

— Еще, — вспомнил Валдис. — Срочно надо выяснить, кому перешло имущество Маркова. Кстати, нам с Никой показалось, что Варвара Даниловна чего-то недоговаривает.

— Так заставь ее говорить! — рявкнул Ротвейлер, будто это очень просто, например, при помощи пыток. — Сейчас вызову людей, они выяснят, кому досталось имущество. Работайте. Я на месте.

Эля сняла только блузку, осталась в юбке, осматривалась. Ричард готовил место для пикника, развел костер, доставал припасы.

— Мы очень далеко отъехали от города, — заметила Эля.

Как ни старалась она придать своему голосу непринужденность, он предательски дрожал. И от трассы далеко, не слышно звуков проезжающих машин, значит, Ишутин с Яшей не смогут сразу же приехать, их услышит Ричард. Хотя что он сделает ей один? Практически ничего. Не убьет же, в конце концов. Больше всего Элю беспокоило, что ни она, ни Яша, ни Ишутин даже не представляют, какую гадость приготовила ей Клара с этим парнем. Поэтому нервы ее напряжены и очень трудно было изображать беззаботность, восторгаться природой, флиртовать.

— Не переживай, я доставлю тебя домой в целости и сохранности, — будто угадал Ричард ее мысли. Захлопнув багажник, улыбнулся. — Чего ты боишься?

— Я? Боюсь? — рассмеялась Эля. Неестественно рассмеялась, не умея притворяться. — Выдумал тоже… Хорошо здесь.

В этом месте берег небольшой речки, заросшей камышом, имел открытый доступ к воде, от ребристой поверхности которой шла прохлада. Группы плакучих ив по бокам протоки опустили плети ветвей прямо в воду, а сзади стихийно расположились плотные заросли. В общем, прекрасное безлюдное место, вода, тень — все, что надо для приятного отдыха.

Но Элю этот уголок первозданной природы не настраивал на лирику, она пыталась услышать и рассмотреть в зарослях Яшу с Ишутиным. И ей показалось, что кто-то промелькнул, замер… Эля успокоилась, перевела глаза на Ричарда. Оделся он соответствующе — в футболку белого цвета, болтающуюся на далеко не мощных плечах, и короткие штаны. В этой одежде Ричард выглядел совсем мальчиком. Понаблюдав, как он нанизывает на шампуры колбаски, она предложила ему свою помощь.

— Ты лучше поплавай, — сказал он. — Сегодня я устраиваю тебе праздник.

— Вода еще холодная, а я люблю тепло.

— Ну, тогда давай выпьем. — И протянул ей стакан с вином.

Эля пригубила, он выпил половину, потом жарил колбаски, потом они их ели. Ричард решил искупаться, разделся — и вовсе стал похож на неоперившегося птенца. «Да какая от него опасность! — думала Эля, глядя на плавающего и ныряющего Ричарда. — Самонадеянный мальчишка, возомнивший себя мужчиной, а я устроила переполох».

Плавал он долго, как ребенок, которого не вытащишь из воды. Потом Ричард вытерся полотенцем, присел на покрывало, пригласил сесть Элю, снова сунул ей стакан в руки, взял второй:

— Выпьем за нас?

И тост примитивный, как он сам. Но она сделала глоток и вдруг…

Завалив ее, Ричард мокрыми губами зажал ее рот, Эля замычала, мол, остановись. Ну да, он же приехал сюда устроить ей праздник, а заодно и себе, поэтому устраивает, как понимает. Оторвавшись от ее губ, мальчишка по-взрослому сказал:

— Я хочу тебя…

— Хотеть не вредно, — прокряхтела Эля, отстраняя его. — Но мы так не договаривались… Эй, прекрати!

У него были слишком серьезные намерения, чтобы послушаться. Ричард тискал ее за грудь, облизывая языком. Ну, тут уж Эля, не рассчитывая на помощь, вытащила руку из-под Ричарда, сжала ее в кулак… Она далеко не слабенькая. Какой-то слюнявый пацан будет лезть ей под юбку, думая, что он половой гигант, от которого все бабы тащатся, а она сложит лапки, да? Щас!

Нормально размахнуться ей не удалось — земля помешала, но кулак Эли отлично вписался в боковую часть лица Ричарда, тот просто слетел с нее. Эля села, поправляя юбку, и тоном воспитательницы сказала:

— Веди себя прилично. И вообще, пора возвращаться.

Ричард растерялся, встал на четвереньки, потрогал челюсть и озверел:

— Ты что, идиотка? Да я тебя…

Вот она — вся его культура-литература! Эля решила встать и отправиться восвояси — как-нибудь дойдет до трассы, но Ричард налетел на нее, снова повалил: