– Рога сбросить пытался.
– И добавил: - Не нравятся они мне такие...

– А-а...
– Вроде как понимающе откликнулся эльф.
– Так бы сразу и сказал. Мы бы тебе стенку нашли или ворота - головой побиться. Хотя... бесполезное дело. Козлы, чтоб ты знал, рога по осени не скидывают.

Талик скрипнул зубами, но промолчал.

Самурайский конвой притормозил около ничем непримечательной халупы, и джедаистый предводитель сообщил:

– Поесть можно здесь.

Пока Талик спешивался, местные полицаи уже сдвинули вбок дверцу избёнки и шмыгнули внутрь. Оно и понятно. Городовой, даже если это японский городовой, никогда не откажется поесть.

В конце коридорчика виднелся выход наружу - совсем как тот свет в конце тоннеля. Дверца оказалась не входом в трактир, а всего лишь проходом сквозь дом. Очень японисто. Подметая пол маховыми перьями, Талик протиснулся в лаз, рассчитанный на местных субтильных жителей, и вышел во внутренний дворик. Экзотическая харчевня была проста и непритязательна. Под обычным соломенным навесом стояли столики, и за одним из них уже расположились самураи со своим джедаистым предводителем. Трактирщица в короткой юбочке (ни дать, ни взять - пародия на японскую старшеклассницу с ногами двойной длины) часто кланялась и заискивающе улыбалась, принимая их заказ. Талик не собирался задерживаться в этом японском раю или ждать, пока девчонка обслужит самураев. Зашедший следом эльф тоже вроде не намеревался устраивать посиделки, особенно с учётом того, что его кавайная страсть осталась снаружи.

– Эй, как там тебя...
– Недипломатично и очень громко влез Витольд, обращаясь к девчонке.
– Мы здесь проездом, нам бы с собой еды в дорогу купить.

– Хай!
– Не менее недипломатично, но с поклоном отозвалась мультяшная барышня, обернувшись к Талику.
– Охаё!
– И ещё раз поклонилась.

Сущности опять зашевелились.

– С порога и матом?
– Мысленно зарычал коварный, выражая общее мнение всех жителей организма.

– Да!
– Поддержал демона Бутончик: - И на кой нам этот "хай"!? Как можно нас, графа, по-пиндостански приветствовать!?

– Моветон.
– Укоризненно буркнул маг.

– Не кошерно!
– Подтвердил оборотень.

Между тем, девица просеменила к Талику, состроила глазки и выдала нежно-вопросительным тоном очередное непотребство:

– Айссацу?

– И тебе неусса... гм... недержанием не хворать.- По-графски милостиво ответил Талик.

– Бакаримаска?
– Продолжала испытывать его терпение кавайная япономанка.

– Карабаска не барабаска, - в тон ей выругался писатель Золотов, - а давай-ка ты, красна девица, нам еды в дорогу соберешь, и кончай дурочку валять. Ферштейн?!

– Гайдзин?- Не унималась лупоглазая.
– Я хари. Сука... мамоно.
– Кокетливо улыбнулась харирамка.

– Кто-кто ты?
– Опешил Талик.
– Самокритика - штука полезная, но нам бы поесть, Мамона, гм..., даже неудобно тебя так обзывать-то...

На помощь неожиданно пришёл конвоир. То ли ему инструкции надоели, то ли эльфы тоже боятся помереть голодной смертью.

– Мамоно, значит - "демон". По-японски. Су ка - "ну, конечно", а гайдзин - "чужак".

– Да?
– Талик был поражён.
– А что ж я тогда её так странно понимаю, или вообще не понимаю? Ты же говорил, что для меня любой язык понятен как родной!

– А это язык?
– Конвоир презрительно фыркнул.
– Набор слов безо всякой грамматики. Произношение хромает, об интонации и говорить нечего. Что выучили, тем и пользуются: яхари - "так я и думал", а айсацу и охаё - "доброе утро", бакаримаска - "понимаешь?". Кстати, хай - просто "да". Ясно?

Талик попытался вспомнить, что ещё ему было неясно. Вроде бы остроухий всё перевёл.

– Ладно, эээ...., - пришлось обращаться за помощью к эльфу, - как будет на их японском "девушка"?

– Вроде бы "сёдзя" или "сёдзё". Не переживай, Зольников, она тебя и так понимает. Твои же соотечественники как-никак.

Непатриотичность соотечественников Талик решил пока оставить за кадром, как и расспросы о том, почему эти соотечественники напрочь отказывались нормально разговаривать.

– Гм. Ладно.
– Талик снова обратился к попаданке.
– Нам с собой надо бы мяса дорогу. Мясо есть?

– Хай!
– Откликнулась объяпонившаяся девица.
– Суси?

– Суши.
– Перевёл Нальдо.

– Это я и сам понял.
– Суши Талик любил, но сомневался, что суши можно приготовить из той рыбёшки, которая плавает в здешней речке.- Какие здесь суши? Одни кости... Подавимся и...

– Кюкюся, - поддержал его эльф, - а я не лекарь.

– Угу, настанет нам "кукуся"... Нальдо, - Талик покосился на конвоира.
– Это ты сейчас что сказал-то?

– "Скорая помощь" по-японски.
– Остроухий во всю развлекался.

– М-дааа, и как японцы не боятся "кукусю" с таким названием? Значит так, девуся, нам мяся, рися для суси, цютоцек хлебуси, и ты живо за всем этим бегуси, пока я не злюся! Бррр! С ума сойти, какой заразный язык!

– Хидой! Бака!
– Лупоглазка гордо вскинула голову и удалилась в свою хибару.