Несмотря на то, что японистая трактирщица отдала бы спасителям и рис, и кур даром, расплачиваться за еду всё-таки пришлось. Нальдо так выразительно посмотрел на Талика, что о подарках от благодарных жителей не могло быть и речи. Пока Силь и Баська грузили провизию на лошадей, Талик выпросил у мультяшной попаданки кусок самурайского меча. Обрезки хозяйственная девчонка уже успела припрятать, но спасителю не отказала.

– Поострее моего ножа будет!
– Пояснил Талик для конвоира, незаметно попытавшись согнуть железку. Железка не гнулась.

Обрезок оказался действительно очень острым. Используя его как опасную бритву, Талик сначала откромсал свои синие кудри, а потом принялся скрести череп. Было боязно, и что из этого получится - непонятно. Но надо. Все приличные герои бреются мечом. Как бреются герои, у которых меч - двуручный, писатель Золотов задумался только сейчас.

– Мне, конечно, всё равно...
– хмыкнул эльф, - но ты бы хоть зеркало попросил. И так уже страшен до безобразия, а с окровавленной головой совсем народ распугаешь.

Попаданка расщедрилась и приволокла не только зеркало в половину себя высотой, но и тазик воды, и мыло.

Талик глянул в зеркало. Лучше бы брился вслепую. Губы вроде похудели и стали прежними. Нижние клыки торчали наружу. Бакенбарды исчезли, но кожа отливала синим цветом, а рога завинчивались таким штопором, как будто бы он их на тёть-Зинины бигуди накручивал. Хуже всего смотрелись крылья - с редкими перьями и все в пупырышках в тех местах, где раньше эти перья были.

К окончанию бритья из Талика получился лысый демон, облезло-щипаный. Смотреть противно. Что там получилось на затылке писатель Золотов смотреть не захотел. Одна радость - гребень после бритья стал виден полностью.

Когда Талик вышел вместе с Нальдо на улицу, вернувшиеся было харирамцы разбежались быстрее, чем от самураев.

– Ничего они не понимают в демонической красоте.
– Обиженно рыкнул Витольд.

– Пёрышки, цветочки, тьфу!
– Поддержал его оборотень.

– Кстати, - возник опять Горгуль, - могли бы Силь один цветочек подарить. Сделали бы девушке приятное, жалко что ли?

– Какая приятность?
– Страдал Бутончик, вспоминая свой новый облик.
– Смотреть тошно.

– Воплощённый птичий грипп!
– Окончательно испортил настроение маг.
– Два дня до смерти.

Талик взгромоздился на мерина. Одно радовало: Силь всё ещё злилась на эльфа. Кавайная оккупировала конвоирского коня, и остроухий вёл его в поводу. Надо же, что любовь делает! Совсем попаданка над аборигеном власть взяла! "Я ж говорил", - тут же оживился Горгуль.

– Наль, - решил от нечего делать поговорить Талик, - а как по-японски будет "цветок"?

– Хана.

– Не понял...

– Цветок по-японски - "хана".
– Раздраженно огрызнулся эльф.

– Какой интересный язык... Значит, тем самураям джедаистым настала "хана" в буквальном смысле слова. То есть, фигурально выражаясь, наступил полный букет... Интересно, какая им икебана светит за рэкет?

Остроухий тему не поддержал. Оно и понятно, у эльфа - другие заботы. Талик пустил своего мерина рысью и оглянулся, чтобы посмотреть, как конвоир будет бегать рядом с лошадью. Но тот уже сидел в седле позади насупленной Силь. Бегать пешком конвоир не захотел. Ну, и ладно.

Писатель Золотов вырвался на простор дороги из переулков Харирамы. Хотелось гнать мерина вскачь, не останавливаясь, чтобы побыстрее добраться до Инферно. Там и перья окончательно выпадут, и рога, может быть, "развинтятся". А если нет...

– Выпадут, выпадут, - заверил Горгуль, - и рога распрямятся.

– Вот, почему меня его обещания настораживают?
– Озвучил общую мысль Витольд.

Талик задумался. Действительно, что-то битый герой-любовник был на удивление любезен. Но тут забурчала ещё одна сущность, которая не обладала разумом, но иногда им управляла - желудок. Писатель Золотов решил отложить размышления на после обеда, а обед устроить в таком месте, откуда Харирама не будет видна.

*Кицунэ - лисица, нэко - кошка, нэцке - резные брелки из камня или кости.

**Гормон окситоцин вырабатывается в гипоталамусе и транспортируется в гипофиз (гипоталамус и гипофиз - отделы мозга). По мнению некоторых учёных окситоцин отвечает за возникновение любви и сексуальное влечение на уровне химии мозга.

***Стаккато - итал. staccato -- "оторванный, отделённый" -- музыкальный штрих, предписывающий исполнять звуки отрывисто, отделяя один от другого паузами.

Чем дальше Талик удалялся от ненавистной Харирамы, тем меньше у него оставалось перьев. Сначала он всякий раз спешивался и подбирал очередное выпавшее перо, но потом передвижение с многочисленными остановками надоело и ему, и попутчикам. Выход из положения предложил Бутончик: "Вот, если бы крылья зачехлить..." Вампир ни за что не хотел задаром расставаться с перьями редкого окраса и разбрасывать их по дороге. На первом же вечернем привале Талик вытряхнул из мешка все имеющиеся у него тряпки, включая плащи, рваные рубашки, разложил их и задумался. Для его больших крыльев требовалось два чехла, а тряпок было маловато. Первой его манипуляциями заинтересовалась Силь. Как только Талик изложил план Бутончика, к воплощению этого плана в жизнь присоседились все, кроме хоббитов. Хоббитам-то было всё равно, а вот Баська и Нальдо не горели желанием застрять в здешних лесах, пока линяющий демон будет ползать по кустам за каждым улетевшим пёрышком.