Шрифт:
— Die rechtm"assigen G"otter ersehnen und sehen [21] . — Потом кивнул Шалаеву: — Для меня это есть честь.
— Для меня тоже честь драться с тобой, — вдруг сказал Игнат. — Не держи на меня зла.
— Arth"ur! Arth"ur! Die Teutats, vorw"arts! Der Ruhm dem Sieg! [22] — яростно и возбужденно кричали с немецкой стороны.
— РА, вперед! — вдруг рявкнул Провоторов. — Рось!
— Рось! Рось! — закричали с разных сторон дружинники, постепенно создавая мощный хор.
21
Справедливые боги жаждут и видят (нем.).
22
Артур! Артур! Тевтоны, вперед! Слава победе! (нем.)
Артур и Игнат были примерно одинакового роста и сложения. И финский нож русского был примерно одной длины со штыком в руке немца. И двигались оба одинаково медленно, неспешно, одинаково глядя каждый — словно бы мимо противника.
Было тихо. Теперь было очень, очень тихо.
«Двое подростков собираются всерьез драться ножами, — подумал Романов. — Разве я не должен разнять их? Позвать полицию? Сообщить родителям? Сообщить в школу, в соцслужбы, в черта богова душу мать?»
Он мысленно усмехнулся и скрестил руки на груди, внимательно следя за схваткой.
…Чести славу поет безмолвие, Чести славу поет безумие, Честь в чести у прекраснословия, Не в чести у благоразумия…Первым бросился в атаку немец. В его броске не было ни осторожного отточенного изящества спортивного фехтовальщика, ни показательного мастерского разнообразия ударов «выступательного» бойца-ножевика, ни многозначительной и нелепой, по сути, надуманной красивости действий восточного «мастера» — он просто и тупо рванулся вперед с резким пугающим выкриком и сумасшедшей скоростью…
…Честь — мерило супружней верности, Честь — мерило солдатской доблести, Честь шагает в обнимку с дерзостью, Честь шагает в обнимку с гордостью!..Игнат встретил его, уходя вбок-вперед, — немец избрал единственно верную тактику такого боя: он бил быстро, не глядя, снова и снова, уверенный в том, что русский или побежит — или один из ударов достигнет-таки цели… И он достиг! Из левого предплечья Игната брызнула кровь, следующий удар распахал левый бок…
…Честью клянутся и поступаются, Честью служат и честью просят, Честь продается и покупается, Честь добывают и с честью носят…Артур отлетел прочь — Игнат ударил его ногой в живот, за миг до этого, не обращая внимания на свои раны, глубоко вспоров немцу левое плечо. Бросился вперед — но Артур уже вскочил, кувыркнувшись через голову (кровь немца щедро оросила песок), и едва не подрезал Игнату ногу, которой тот хотел снова опрокинуть порученца Романова. Мальчишки снова бросились друг на друга — навстречу, как безоглядные в ярости схватки молодые хищники…
…Честь по чести — как кровь по лезвию: Стон клинка похоронной вестью. Честь в ближайшем родстве с бессмертием, Честь в ближайшем родстве со смертью!..Секунда. Другая. Третья. Они раскачивались друг против друга, сжимая каждый свободной рукой запястье вооруженной руки противника и упершись лоб в лоб и колено в колено. Из левой руки Игната лилась кровь, бок почти не кровоточил, но и плечо немца тоже кровило несильно. Игнат вдруг повернулся в сторону и спиной к врагу, падая на колено. Артур перелетел через него, выпустив штык из жестко заломленной руки, — и тут же ударил Игната ногой по вооруженной руке, далеко вышибая и финку. Но, рухнув на врага сверху, Игнат придавил обе руки немца, а своей здоровой вцепился ему в горло — так, что Артур бешено забил ногами и широко открыл рот, изо всех сил стараясь отшвырнуть от себя русского, — тщетно!
— Сд… в… с… — продышал Игнат, пресекая яростные, мощные рывки Артура, на губах которого закипала пена бессильного бешенства. — Сдав… са…
— Не… унижай… меня… — еле прохрипел немец по-русски. — T"ote… убей…
…Кодекс чести начертан пурпуром, Честь и кровь неразрывно связаны. Честной сталью в игре по-крупному Честь оказана! Честь оказана!— Я волен распоряжаться твоей жизнью… — Игнат тоже еле дышал. Его кровь капала на тело немца, мешаясь с кровью Артура. — Ты понимаешь меня? — Он ослабил нажим. Артур помедлил и… кивнул. — И я не убью тебя. Моему командиру нужны хорошие воины и нужны люди чести. Ты понимаешь меня? — Артур кивнул снова. — Поговори со своим… вождем. Мы будем ждать, что вы решите.
Он сел, освободив немца. Прижал локоть к боку и, скривившись, зажал глубокую рану в руке. Артур, притиснув красную щеку к раненому плечу и переводя дыхание, тоже с трудом сел. Правая рука у него висела плетью.
— Твоя кровь… и моя кровь… — неожиданно и не очень понятно сказал немец, поднимаясь. — Я сейчас.
К Игнату тут же подбежал фельдшер. Но Максим, протолкавшийся вперед еще во время начала боя и все это время молчавший, опередил его.
— Я знал! Я знал, что ты победишь! — возбужденно кричал мальчишка. Игнат улыбнулся ему.