Я противостоял этой сложной задаче попросту игнорируя ее. Никто за пределами Ивового Леса ничего не знал. Я даже не поделился новостью с Неттл.

И теперь мне надо было сказать об этом Молли.

Я вооружился для выполнения поставленной задачи. Я принес из кухни поднос с маленькими сладкими булочками, которые любила Молли, вместе с тарелкой жирного подслащенного крема и малиновым вареньем. Большой чайник со свежезаваренным чаем был добавлен на мой поднос. Я заверил Тавию, что вполне способен справиться с подносом, и отправился в детскую Молли. По пути, я выстраивал свои аргументы так, будто я примерял оружие перед сражением. Во-первых, Молли была уставшей, и я не хотел, чтобы гости беспокоили ее. Во-вторых, сам ребенок, такой крошечный и, возможно, слабенький. Молли сама сказала мне, что она может и не выжить, и, конечно, оставлять ее в спокойствии было бы только лучше. В-третьих, я никогда не хотел, чтобы кто-либо наложил на ребенка любые обязательства, сверх тех, что обязывали ее оставаться самой собой.... Нет. Это были не тот аргумент, чтобы делиться им с Молли. По крайней мере, не сейчас.

Мне удалось открыть дверь в комнату, не опуская поднос. Я аккуратно поставил его на маленьком столик, а затем пододвинул сам столик с подносом ближе к сиденью Молли, ничего не опрокинув. Она положила ребенка на свое плечо,а затем энергично похлопала по спине. Мягкое платье свисало ниже ножек нашей дочери, а ее руки затерялись в рукавах.

Молли зажгла свечи с жимолостью, придавшие комнате резкий и сладкий аромат. Единственным источником света были яблоневые поленья, горящие в небольшом камине, отчего комната казалось уютной как маленький деревенский домик. Она наслаждалась роскошью, не беспокоясь постоянно о деньгах, но она так и не была полностью удовлетворена жизнью благородной дамы.

– Мне нравится заботиться о себе самой, - не раз говорила она, когда я доказывал, что наличие личной горничной соответствует ее положению. Большая часть работы в поместье: мыть, протирать пыль, готовить и стирать - вот что должны были делать слуги. Но Молли сама был тем, кто протирал пыль и подметал нашу спальню, кто застилал свежее белье на нашу кровать или подогревал перину перед очагом, в случае если выдалась прохладная ночь. По крайней мере, в этих покоях, мы оставались Молли и Фитцем.

Ширмы с анютиными глазками переставили так, чтобы они удерживали и сохраняли тепло очага. Горящие дрова тихонько потрескивали и отбрасывали танцующие тени на стены. Малышка почти уже засыпала на руках у матери когда я поставил рядом с ними стол и поднос.

– Что это?
– спросила Молли с удивленной улыбкой.

– Я просто подумал, что неплохо было бы провести вечер наедине и полакомиться сладостями.

Она широко улыбнулась - Это именно то, чего я очень хочу!

– И я тоже, - я аккуратно присел рядом с ними чтобы не потревожить ее. Я наклонился и заглянул в крошечное личико моей дочери. Она была красной, бледные бровки сосредоточенно сдвинуты. Волосы ее были словно пушинки, а ноготочки меньше рыбьей чешуи и такие же нежные. Какое-то время я просто смотрел на нее.

Молли взяла булочку и окунула ее в клубничное варенье, а потом положила сверху немного крема.

– У него вкус и запах лета, - сказала она через мгновение. Я налил нам обоим чаю и его аромат смешался с запахом малины. Я взял себе булочку, но намазал ее кремом и вареньем куда более щедро, чем Молли.

– И правда, - согласился я. Какое-то время мы просто наслаждались едой, чаем и теплом очага. Снаружи шел небольшой снег, а нам внутри было спокойно и уютно, как в убежище. Возможно, лучше будет поговорить с Молли завтра.

– Что ты хочешь сказать?

Я повернулся и удивленно уставился на нее. Она покачала головой: - ты дважды тяжело вздохнул и дернулся так, словно у тебя вши бегают по телу, а почесаться тебе нельзя. Выкладывай.

Когда снимаешь пластырь с раны делать это надо быстро:

– Я не сообщил Неттл о рождении ребенка и не отправил твои письма мальчишкам.

Она слегка дернулась и малышка открыла глаза. Я почувствовал каких усилий ей стоило расслабиться ради блага младенца.

– Фитц, почему же ты этого не сделал?

Я помедлил. Мне не хотелось сердить ее, но я отчаянно хотел настоять на своем. Наконец, я заговорил и слова давались мне тяжело

– Я думал, что нам удастся сохранить ее рождение в тайне на какое -то время. До тех пор, пока она не подрастет.

Молли положила руку на малышку. Я видел, как она измерила крошечную грудку, которая была размером меньше длинны ее пальцев.

– Ты понял насколько она отличается от других.
– сказала они тихо.
– Какая маленькая.
– в голосе появилась хрипота.

Я кивнул ей.

– Я слышал как служанки разговаривали между собой. Хотелось бы мне, чтобы они вовсе не видели ее. Молли, они были напуганы: "такое чувство, что кукла ожила, такая крошечная и постоянно пристально смотрит своими бледно голубыми глазами. Кажется, что она слепая, но ее взгляд смотрит прямо в душу". Вот что Тавия сказала Майлд. И Майлд подтвердила, что ребенок" выглядит неестественно". Что такой крошечный ребенок не должен быть таким сконцентрированным, как она.

Мои слова вызвали такой эффект, словно я шикнул на кошку. Глаза Моли сузились, плечи напряглись.
– Они зашли в комнату вчера, чтобы прибраться. Я говорила им, что мне не нужна их помощь, но я уверена, они пришли именно для того, чтобы посмотреть на нее. Потому что вчера я взяла ее с собой на кухню и Кухарка Кук Натмег увидела ее. Она сказала: "Малютка не выросла ни на миллиметр".