Повисла тишина. Затем я признался низким голосом

– Я опасаюсь всех. Я признался в этом не столько ей, сколько себе самому.
– Перед нами лежит ребенок, о котором мы так долго мечтали, и этот ребенок настолько отличается от других детей, что одного этого достаточно, чтобы его стали презирать. Однако другие могут видеть в ней тайную принцессу, потенциального носителя магии Скилла, пешку в политических интригах двора и, в конце концов, будущую женщину, которую можно с выгодой для королевства выдать замуж. Я знаю, что они именно так и воспримут ее. Точно также, как они воспринимали меня как королевского бастарда и очень полезный инструмент для своих махинаций. Убийцу или дипломата, от которого легко можно избавиться. Они и Неттл берегут, как племенную кобылу, которая сможет родить наследника трона Видящих в случае, если семя Дьютифула не даст ростков. Когда Кетриккен и Чейд наложили вето на помолвку Неттл и Риддла -

– Пожалуйста, Фитц. Не начинай! Что сделано, то сделано, не стоит бередить старые раны.

– Как я могу считать это "сделанным", когда Неттл идет по жизни одна?
– Былой гнев, который я испытывал за свою вспыхнул во мне с новой силой. Я никогда, никогда не смогу понять как она смогла принять как должное то тайное королевское постановление и продолжила служить трону. Я чуть не разорвал все связи с Баккипом из за этого. Только просьба Неттл успокоиться и позволить ей "справляться с моими собственными жизненными решениями самой", остановила меня. Каждый раз, когда я думал об этом -

– О, Фитц, - Молли вздохнула. Она почувствовала мое настроение и успокаивающе положила руку на основание моей шеи. Она помассировала напряженные мышцы пальцами, в которых все еще сохранялась сила и тихонько заговорила.
– Неттл всегда была себе на уме. Внешне может казаться, что она одна и что она смирилась с запретом трона на ее брак с Риддлом. Но внешность может быть обманчива.

Я выпрямился и развернувшись посмотрел на нее.

– Неттл не повиновалась воле трона Видящих?

Молли покачала головой.

– Не повиновалась? Не думаю. Проигнорировала? Да. Точно также как и мы с тобой проигнорировали то, что нам предрекали Леди Пейшенс и король Шрюд. Твоя дочь такая же как и ты, Фитц. Она слушает только себя и следует только своим желаниям. Я уверена, что если она хочет быть с Риддлом, то так оно и есть.

– Милостивая Эда! что если она забеременеет?
– тревога сдавила мне горло.

Молли слегка рассмеялась.

– Фитц! Ну почему ты всегда бросаешься из крайности в крайность? Услышь то, что я пытаюсь сказать, а именно: я не знаю какой путь избрала для себя Неттл. Но если сейчас она одна, то только потому, что это ее личный выбор, а не чей-то указ. Ее жизнь принадлежит ей, и тебе не стоит вмешиваться в нее.

– То есть, ты не думаешь, что они с Риддлом вместе?

Она снова вздохнула.

– Я ничего об этом не думаю. Намеренно. Но на всякий случай я тебе напомню, что Риддл попросил у нас расчет и уехал работать в Баккип, и еще что Неттл не оказывает никому знаков внимания. В любом случае, она уже давно взрослая женщина. Не мне за нее переживать и не тебе принимать за нее решения. Любовь моя, у нас полно своих забот в этих четырех стенах. Все дети выросли и живут своими жизнями. Даже у Харта появилась любимая девушка и работа подмастерьем в Ривертауне. Пусть Неттл и Риддл разбираются со своими жизнями сами, а мы с тобой будем наслаждаться покоем. Если тебе так хочется заботиться о ребенке, так вот же он, прямо перед тобой. Вот, Подержи-ка ее немного.

Она наклонилась и передала мне ребенка. Как обычно, я взял ее нехотя, но не потому что я как-то особенно к ней относился, нет, но потому что я до ужаса боялся причинить ей вред неосторожным движением. Щенки и жеребята не вызывали во мне такого страха, какой вызывала она. Она была такая крошечная, обнаженная, такая слабенькая по сравнению с другими новорожденными созданиями, за которыми мне доводилось ухаживать. Жеребенок уже мог стоять на ногах в тот же день, когда родился. Щенки скулили и находили по нюху дорогу к соскам своей матери. Моя же новорожденная дочь даже не могла держать головку. И все же, когда я положил ее к себе на колени, мой Уит ощутил невероятно яркую искру жизни в ее теле. А что же говорил мне Скилл? Я дотронулся до ее маленькой ручки, кожа к коже и что-то почувствовал.

Молли поднялась и застонала распрямляя спину.
– Я так долго просидела без движения. Пойду принесу нам еще чая. Я возьму чайник и быстро вернусь.

– Может, мне позвать слугу?

– О, нет. Уж до кухни и обратно я как-нибудь сама дойду. Я скоро, - сказав это она скрылась за дверью.

– Отлично, - ответил я рассеяно.

Я смотрел в лицо своего ребенка, но она отвела взгляд куда-то за мое плечо. Я слышал тихое шарканье удаляющихся шагов Молли. Я остался с дочерью один. Скольких маленьких созданий я выхаживал в былые свои дни в конюшнях Баккипа? Ребенок не намного отличается от них. Я завоевывал сердца пугливых жеребят и осторожных щенков.

– Эй. Малышка. Посмотри на меня. Посмотри на папочку, - я переместил лицо в поле ее зрения. Она отвела взгляд и отдернула ручки от моего прикосновения. Я сделал еще одну попытку.

– Итак, малышка, теперь ты будешь жить с нами, да?, - я говорил не тем высоким тоном, какой большинство взрослых используют при общении с младенцами, но намеренно низким тембром, каким обычно обращаются к щенку или лошади. Успокаивающим. Я прищелкнул языком.
– Эй, я здесь, посмотри на меня.