— А он?

— Нет. Но мне он сказал. Решил, что это зашло слишком далеко. Он проводил их прошлой ночью до Ланкастера. Они ехали зайцами на товарном поезде. Вы можете в это поверить?

— Вполне, — заверил его Фергюсон. — На этой стадии я поверю чему угодно, Тони.

— Ну, так вот, они наняли прогулочный катер этого старого мошенника Сэма Вебстера из Хейшема. Поплыли прямо в Бэликабин.

Фергюсон кивнул.

— Говорил же я тебе, что Шон что-нибудь придумает.

Вильерс спросил:

— А что делать теперь нам?

— Делать? — удивился Фергюсон. — Ну, во-первых, я приму душ, Ким обеспечит традиционный английский завтрак из яичницы с беконом и помидорами, тостов с джемом и большого чайника индийского чая. Все это мы съедим вместе с тобой, Тони. Потом, как и планировали, отправимся в Уолшем. В восемь часов вылетим на «лире». Ты договорился о вертолете в Олдергрове?

— Да, сэр.

— Славно, и с учетом того, что мы знаем, я хочу, чтобы на военной базе в Донахади нас по прибытии уже ждал эскорт. Скажем, один офицер в ранге капитана. Кто-нибудь из опытных. И шестеро парашютистов-десантников. Я знаю, когда люди видят эти красные береты, они пугаются от одного их вида. — Фергюсон улыбнулся. — Позаботься об этом, Тони. — Он повернулся и пошел к двери. Вильерс сказал:

— Но это может быть очень опасно для Сары и Игана. Я имею в виду, если мы позволим им идти прямо к Лилэнду Барри. Никто не знает, как он отреагирует.

— Мой дорогой Тони, он может отреагировать только одним единственным способом. Ты это знаешь, как знаю это я. Ему придется от них избавиться, и, конечно, именно этой реакции мы от него ждем, потому что, когда он предпримет действия в этом направлении, мы сможем его взять.

— Да, могу сказать только одно, будет самое время нам вмешаться, — откликнулся Вильерс.

— Разве, когда-нибудь было иначе, Тони?

Только в восемь сквозь туман и дождь Сара заметила, что проступили очертания побережья Ольстера. Наступил рассвет, но очень мрачный, серый и таинственный. Откуда-то доносился сигнал туманного ревуна.

Иган поежился.

— Ненавижу ноябрь. Ни то, ни се. Просто брешь между осенью и зимой.

— Я вас понимаю. Когда мы будем там?

— Примерно без четверти девять. Возьмите штурвал.

Она повиновалась. Рюкзак Игана лежал на штурманском столе. Он открыл его, вынул «вальтер» в специально спроектированной кобуре, наклонился и прикрепил ее над правым ботинком. Он убедился, что «вальтер» легко достается, и опустил штанину джинсов.

— Вы, янки, всегда полагаетесь на туза в рукаве, правда? — сказал он.

— Не могу знать, я не играю в карты, — парировала Сара.

Иган достал «браунинг», проверил его тоже и опустил в карман кожаной куртки. Он снова встал к штурвалу. В этот момент ветром отнесло завесу тумана, и Сара увидела приблизительно в миле маленькую бухту, побеленные коттеджи над гаванью.

— Бэликабин?

— Область наивысшей опасности, — сказал Иган и, сбавив ход, повел «Джени Б» в бухту.

В гавани было всего несколько рыбачьих лодок, но когда они входили, им встретилось множество лодок, покидавших гавань в поисках рыбных мест, чтобы ловить сельдь и скумбрию.

— Обычно, необходимо докладывать о прибытии начальнику порта, — объяснил Иган Саре. — Но я сомневаюсь, что в таком месте, как это, есть и сам-то начальник порта.

Он заглушил двигатель, как только они толкнулись бортом о низкий причал. Сара спрыгнула на причал с канатом. Иган последовал за ней, перепрыгнув поручень, чтобы помочь со швартовами.

— Итак, мы здесь, — сказала Сара. — Место не очень.

— У вас готова история? — поинтересовался Иган.

Сара кивнула.

— Готова настолько, насколько это возможно.

— Хорошо, тогда вперед. — И он стал подниматься по лестнице впереди Сары.

Примерно в это же время в Олдергрове приземлился «Лир-джет», и был отбуксирован в дальний конец аэропорта, который был зарезервирован для нужд армии. Вертолет ВВС «линкс» уже ждал, пилот за штурвалом.

У трапа стоял молодой лейтенант, который, отсалютовав, доложил:

— Все готово, сэр.

— Спасибо, лейтенант, — поблагодарил Фергюсон и быстро поднялся в «линкс». Вильерс последовал за ним.

Вильерс наклонился вперед и дотронулся до плеча пилота.

— Сколько лететь до Донахади?

— Пятнадцать минут, сэр.

— Разве я тебе не говорил, Тони? — заметил Фергюсон, застегивая ремень безопасности. — Ты зря так беспокоишься. — Вертолет взлетел с ревом, обрекавшим на провал любую попытку разговора.

Морская набережная в дождь была пустынной, никаких признаков жизни, открытой выглядела только одна маленькая бакалейная лавка. Иган толкнул дверь. Звякнул колокольчик, и молодая женщина, читавшая за прилавком журнал, подняла голову.