Снег пустился вовсю. Карелин поднял воротник куртки, но это мало помогло.

Нос Астры смешно покраснел, парик обвис; очки ей пришлось снять – из-за снега.

– Тебя не дождешься. Я тут в сосульку превратилась!

Пританцовывая от холода, она поведала Матвею о посещении квартиры и встрече со Степновой.

– Это она! Точно…

– С чего ты взяла?

– Тамара Валентиновна живет в другом месте, – там она совсем другая: жена, врач, домохозяйка. А здесь ее гнездо, пристанище Ворона! Понимаешь? У нее в глазах – смерть, кровь! Тот не жди себе отрады, в чьем дому на бюст Паллады сядет ворон, – продекламировала Астра. – Так говорится в стихотворении Эдгара По. И чучело сидит именно на макушке Афины Паллады!

– Только-то?

– Там еще бюсты Афродиты и Гермеса – римляне называли этого бога Меркурием. Кельты, между прочим, почитали Меркурия. А по мнению астрологов, эта планета управляет мандрагорой. Все взаимосвязано…

Матвей подумал о себе и Ларисе, о квартире, которую она снимает для любовных встреч. Возможно, дело обстоит проще?

– Я думаю, Тамара Валентиновна использует эту квартиру, чтобы встречаться с любовником, – заявил он. – Она ведь сказала тебе, что ждет друга.

– Где же ее друг? Я стою здесь уже час, и ни один мужчина в подъезд не входил. Старика с палкой я не считаю, детей тоже.

– Кто-то еще входил?

– Две женщины, бабулька с внуком… И вообще, видел бы ты Степнову! Она похожа на ведьму, а не на женщину, которая готовится к любовному свиданию. У нее траур, если ты помнишь.

– Значит, на фотографии не Ворон?

Астра пожала плечами. Она уже задавала себе этот вопрос.

– Глория могла ошибиться. Родственники Эльзы Коржавиной его не видели, а сотрудники «Тихой поляны» только слышали синтезированный голос.

– Как же «Гвалес»?

– Не знаю пока. Найдется объяснение.

– Откуда у Степновой деньги на все эти фокусы?

– Тихо! – Астра схватила его за руку и потянула за угол. – Прячься…

Мимо прошли двое мужчин – прямо к подъезду, у дверей которого дежурила дворняга.

– Что мы собираемся делать? – не выдержал Матвей. – Чего ждем?

– Кажется, это Иваницын…

– Где?

– Вон, с каким-то человеком. Куда они направляются?

– Вот будет номер, если твой женишок спал не только с дочкой, но и с мамой, – ухмыльнулся Карелин. – Да у них, похоже, групповуха намечается!

– Кто же второй?

– Ты его не знаешь?

Астра мотнула головой, ее глаза загорелись, как у гончей, учуявшей дичь.

– Идем за ними!

– Ты уверена, что…

Но она, не слушая, скользнула следом за мужчинами. Карелин, чертыхаясь, догнал ее уже в полумраке парадного, придержал за рукав.

– Погоди…

– Они поднимаются.

Наверху хлопнула дверь, и Астра подпрыгнула как ужаленная.

– Это там… – одними губами вымолвила она, доверчиво прижимаясь к Матвею. – Побежали! Иначе она с ними разделается.

– Не выдумывай…

Но ему ничего не оставалось, как ринуться за ней по лестнице на четвертый этаж. Она остановилась, часто дыша и прислушиваясь к происходящему в квартире. Невольно он тоже напряг слух. За дверью было подозрительно тихо – ни шумных приветствий, ни иных звуков, сопровождающих встречу двух мужчин и женщины.

Он осторожно взялся за ручку, повернул, нажал – дверь поддалась, бесшумно открылась, из прихожей пахнуло можжевеловым дымком, будто кто-то жег ароматическую палочку. Матвей сделал Астре знак – стой на лестничной площадке. Сам крадучись двинулся вперед, как он умел: без единого звука.

В дверном проеме гостиной как-то буднично, обыденно виднелись ноги лежащего человека – подошвы туфель были мокрые. Оно понятно, на улице-то снег. Второй мужчина стоял над распростертым на ковре телом.

Матвей метнулся вперед, его мышцы сработали раньше, чем ум приказал действовать, – и мужчина неожиданно для себя оказался на полу с заломленными назад руками и защелкнутыми на запястьях наручниками. Это «оружие» Карелин привык класть в карман, на всякий случай. После знакомства с Астрой такой случай мог представиться в любой момент.

– Не двигаться! – приказал он поверженному.

Тот уткнулся лицом в ковер, не делая попыток оказать сопротивление.

Второй не подавал признаков жизни.

– Это Захар! – ахнула Астра, опускаясь на корточки.

Разумеется, она не послушалась Матвея и не осталась за дверью. Как бы не так! Пропустить самое интересное?!

– Где она?

– Кто? – мрачно спросил он, разглядывая красавца сердцееда.

Тот имел отталкивающий вид, как всякий задушенный. Вокруг его шеи обвился черный шнурок. Труп! Рано или поздно это должно было произойти.