Дугал воздел руки. В пыльном полумраке сияющее плетение кольчуги и алый сюртук придавали его фигуре фантастический вид.

— Вознесись, вознесись, дух мой, твоя обитель в горных высях! Понеже плоть бренная моя низринется в пучину тлена. — С печальным театральным вздохом он закрыл глаза.

— Придурок чертов! — Орион подхватил брошенный рыцарем арбалет и кожаную сумку со стрелами, снабженными железными наконечниками. — Кончай ты. Дуги! Волоки свою задницу к стене. Эти засранцы с машиной окажутся сейчас в пределах арбалетного выстрела!

Дугалов ореол отрешенности развеялся.

— О чем глаголешь ты, долговязый неумытый мастеровой?

— Они подтащили свою чертову рогатку к цеху при военно-морском складе и полезли на нее. Я так мыслю, что готовят ее к бою. Сейчас эти козлы на виду, и ты можешь накрыть их, если как следует рассчитаешь траекторию.

Дугал, Тони и большинство рудокопов поспешили к северной стене, где стоял Орион. Утрамбованная площадка между бараком и производственными постройками была усеяна трупами людей и халиков. Ревуны нанесли свой неожиданный удар как раз в тот момент, когда караван, груженный железными чурками, уже был готов отбыть в Ржавый Форт. Теперь требюше занял позицию примерно в девяноста метрах от барака, его частично заслонял навес над установкой. Прикрытием врагам служила большая куча еловых пней, сваленных по соседству с цехом при военно-морском складе, но из барака можно было разглядеть темную фигуру, перемещающуюся поверху осадного орудия и поправляющую, судя по всему, растяжки.

— Враг пришел в движение! — сообщил Беньямино, ведший наблюдение у одной из западных бойниц. — Они спускаются с холма и отворачивают к северу. Бьюсь об заклад — собираются помочь своим дружкам боеприпасами для бомбарды.

В пространстве между частоколом и железорудным карьером, там, где красная руда, словно открытая рана в теле земли, создавала разительный контраст с зеленью джунглей, скользили какие-то фигуры. Повисла жуткая тишина, прерываемая лишь скрипучими звуками требюше, с которым возился механик-ревун.

Дугал прицелился. «Ваннг», — пропел арбалет. Издалека донесся захлебывающийся рев. Небесно-голубая туша кувыркнулась с башни требюше и, прежде чем исчезнуть из вида, съежилась в маленькую черную фигурку. Из-за кучи пней раздался хор гневных воплей.

— Хей-йя! — Не отрывая глаз от подзорной трубы, Орион радостно хлопнул себя по бедру. — Гляди в оба! Вон, с другой стороны кучи! Слабое шевеление в пальмовнике!

«Ваннг».

Фантом, похожий на мохнатый клыкастый шар, подскочил вверх, молотя по воздуху рудиментарными конечностями, и заверещал, словно дикий кот. Прежде чем свалиться вниз, он тоже изменил форму.

— Попадание, совершенно явное попадание! — закричал Дугал.

— Второй готов! — загоготал Орион.

Тони хлопнул огромного рыцаря по кольчужному плечу.

— Отличная работа, друг мой.

— Всегда к вашим услугам, милорд.

— Эй! — выдохнул Беньямино. — Метательная стрела машины двигается. Они, наверное, уже приготовились стрелять.

Дугал отчаянно отыскивал мишень сквозь прицел арбалета.

— Не вижу ни одной долбаной твари… Я хочу сказать, милорд, ворог бежит от моего взгляда… Эва, а вот и началось!

Рычаг, оттягиваемый противовесами, склонился вниз. Требюше задрожал. Внезапно противовес упал, стрела взметнулась вверх, и глыба гранита весом килограмм в пятьдесят просвистела над крышей барака.

— Бисмалла! — возопил Сын Пророка, в очередной раз падая на колени. — Пришла наша погибель.

— Сделай что-нибудь, Дугал! — принялся понукать своего героического вассала Тони.

Но рыцарь бессильно покачал рыжей бородой.

— Я не могу узреть этих демонов, милорд. Они затаились за навесом над перегонным кубом.

— Перегонный куб! — Лицо Тони озарилось. — Военно-морской склад! Смола, деготь, бочонки со скипидаром в перегонном цехе. Если бы ты смог попасть туда горящей стрелой…

Тяжкий грохот ознаменовал падение нового валуна, на этот раз — метрах в пяти перед бараком.

— Они взяли нас в вилку, — простонал Орион. — Уходите с линии огня!

Все рассыпались в разные стороны. Отчаянно ругаясь, Тони пытался подстрогать ось лучной стрелы так, чтобы ее можно было выпустить из арбалета. Кто-то отыскал мех, наполненный легковоспламеняющимся дегтем, а Беньямино, пустив в ход свое искусство лагерного повара, быстро разжег огонь.

Первый снаряд, угодивший точно в цель, пробил крышу как раз в тот момент, когда Тони удалось-таки справиться со стрелой. Раздался треск, и с потолка дождем посыпались обломки. Переломившаяся балка упала на одного из рудокопов, придавив его к полу. Пока остальные пытались вызволить орущую и кашляющую жертву, Тони привязал к древку стрелы клок вымазанной дегтем ветоши и запалил его. Пылающий факел он вручил Дугалу.

— Это наш последний шанс. Целься прямо в открытое окно перегонного цеха. Ну, рази, великан!