— Ну, вот... Вот мне и придется этим заняться. Я не хотел, честное слово. Просто иначе нельзя. Вы же этим занимаетесь? Ну вот — и мне придется. Пошли, коллега. Ребалиань Адинурада, Семнерим Астафагор, вы довольны? Договор соблюден?

— Более чем соблюден, если ты идешь убивать нашего врага, — отвечал мужской голос. — Об этом мы не просили.

— Постыдись, Семнерим Астафагор! — вмешалась Ребалиань Адинурада. — Пусть не будет у тебя в жизни удачного поиска, если ты сейчас бросишь Таира Афроластериска! Ведь он — один, а их — много!

— Удачи! — сказал Таир, сделал знак Иманту, и оба направились прочь.

Я же остался стоять, разведя руки, словно монумент изумления.

Лицо на стене исчезло, словно закрылось бархатным плащом, и две тени полетели следом за Таиром и Имантом, два тающих голоса продолжали перебранку, и вдруг до меня донесся звон оглушительной оплеухи.

Но мне было не до инкубовских разборок — как, впрочем, и Ваське, который вдруг громко вздохнул.

Я — нереал?

Какой же идиот... какая идиотка меня выдумала?..

Вдруг меня осенило — я знаю эту идиотку! Я с первых дней своих ее знаю! Она восторженно нянчила меня, когда еще только ушла на пенсию из школы, где сорок пять лет преподавала литературу, в том числе десять лет — еще и историю! Она собрала дома огромную библиотеку и пропитала меня ароматами стихов, нафаршировала историческими фактами, прошпиговала меня латинскими цитатами!

Бабуля!!!

Стоило этой мысли оформиться в слово, Имант резко повернулся. Тыча в меня пальцем, он захохотал. И стал пихать Таира, чтобы и тот присоединился к веселью.

Таир повернул голову — и я увидел улыбку.

У него была светлая улыбка! Улыбка взрослого, который, уходя заниматься своими опасными делами, наблюдает за серьезной деятельностью младенца.

Так он пошутил?

Или все-таки не пошутил?

Такое вот недоумение...

Что-то в жизни завершилось, но завершилось формально. Ибо точку ставит только смерть, твоя собственная. А с нами произошло нечто странное, после чего, хотим мы этого или не хотим, нужно как-то жить дальше. В прежнем мире, но в новом качестве.

Ваське — так уж точно!

А мне? Я-то кто? Откуда я? Зачем я? И, главное, кому я такой нужен?

Поразмыслите же о сем...