– Но у меня приказ!
– запротестовал я.

– Тихо сидеть, сказал.
– Незнакомец опять наставил на меня палец, блеснувший напестком.
– "Аргус" больше не занимается этим делом. "Аргус" вообще ничем не занимается с сегодняшнего дня. Закрыли этот филиал. Ты побудешь здесь, пока хозяин хаты не явится. Мало ли кому ты там еще стучишь... Так что отдыхай пока. Дернешься на ключ или на звонок - туда же тебя отправлю, куда и этого... Вольного Стрелочника.

Минут двадцать мы сидели молча: я в кресле, киллер - на табурете в углу. Я лихорадочно обшаривал глазами комнату в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать против него.

Кресло, диван, стол. Здесь явно был обыск - ящики выдвинуты. Орхидея на подоконнике, почему-то свешивается через угол коробки, прямо в зеленоватую лужу... Да он же ее сломал! Вот сука, чем тебе цветок-то помешал?! Спокойно, спокойно.... Кресло, диван, стол, подоконник. Сервант. Мой лаптоп под ним.

Этот тип на табуретке, лицо опять в какой-то дымке. Журнальный столик с шахматным полем. А что если... Не зря же я перечитывал "Нашего человека в Гаване"! Этот тип говорил что-то про "три часа назад". Значит, давно сидит...

– У Вас случайно нет выпить?
– произнес я вкрадчиво.

– Нет.

По тону было заметно, что киллер и вправду начал скучать. Опасный палец он держал слегка оттопыренным, словно человек, который давно собирается сказать что-то значительное, но никак не может сформулировать.

– А у хозяина вроде водится.
– Я кивнул на сервант, где за стеклом выстроились несколько маленьких бутылочек.

Я не коллекционировал их, как герой Грина. Сам я пил мало, а эта коллекция состояла из сувениров, которые я дарил отцу. Здесь не было никаких редких напитков. Когда отец был еще жив и я ездил к нему в гости, я покупал одну-две такие бутылочки по дороге - в ларьках у метро, в ближайших супермаркетах. Некоторые привозил из-за рубежа, приобретая уже в аэропорту, в duty-free перед самым отлетом. Отец был большой любитель выпить, но после его смерти оказалось, что эта коллекция осталась нетронутой. Он хранил все бутылочки как дорогие сувениры. Матери они были не нужны, и я забрал их - как сувенир для себя, в память об отце.

Человек с пальцем-пистолетом около минуты разглядывал сервант.

– Можешь достать.

Я отодвинул стекло, зацепил горсть бутылочек за горлышки и выставил их на столик. Сделал вид, что собираюсь открыть одну. Киллер внимательно следил за мной. Время закидывать удочку.

– Я не знаю, сколько Вы тут сидите... Может, он вообще не придет. Может, с ним что-то случилось... и без нашей помощи...
– Я сделал ударение на "нашей".
– Вы играете в шашки?

Я поставил бутылочки на клетки поля, демонстрируя идею.

– Хех...
– Незнакомец издал звук, напоминающий смешок.
– Ты меня споить решил, шестерка?

Он направил палец на коньяк "Камю". Эффект был такой, словно бутылочка восприняла его жест как команду "вольно" - расслабила стеклянную шею и уронила голову на плечо. Жидкость в расплавленном горлышке с шипением вскипела, и даже на расстоянии полуметра я ощутил волну тепла. М-да... Хуже кипяченого коньяка может быть только кипяченая кровь.

– Очень надо мне вас поить!
– Я сделал вид, что обижен.
– Тут классные напитки, лет двадцать уже такие не производят. Не хотите - как хотите. Сам с удовольствием выпью.

Я с энтузиазмом открутил пробку от пузырька "Vana Tallinn", опрокинул бутылочку в рот и довольно крякнул.

– О-о! Это Вы, молодежь, синтетику свою жрете, настоящего спиртного и не нюхали! А ты небось и пить-то не умеешь, ухарь? Это тебе не старичков пугать электрогрелкой из пальца...

– Прикрой хлебало!
– отрезал парень.

Но общение сделало свое дело. Ему тоже теперь не сиделось молча:

– Меня как и тебя с кровати сдернули. Но я-то в курсе, что тут глухой номер.

Первого чурку из этой банды еще позавчера взяли. Пытались расколоть... а ему и до того уже голову так полечили, что нашла коса на камень. Слова повторяет как попугай, а вытянуть нечего, блокировка. А с хакерами сейчас так - если за день всю связку не нашли, то считай спугнули. Теперь тут хоть год сиди.

Он даже аппаратуры не оставил, кроме той, что на помойку лень нести...

Даже агентам спецслужб не нравится мой старый лаптоп, подумал я со смешанным чувством огорчения и злорадства.

– Короче, расставляй фишки, - заключил киллер.

– А если...

– "Если" я услышу еще до того, как он подойдет к дому.

Чтобы скрыть удивление, я стал быстро расставлять бутылочки на клетчатой полированном столике. Меня удивило не само сообщение о способности "слышать"

на таком расстоянии, да еще сквозь стены. О разного рода "жучках" и прочих современных системах шпионажа мне рассказывал Саид, державший руку на пульсе таких технологий. Но теперь я вспомнил и то, что когда подходил к дому, какая-то часть меня почувствовала этот тайный надзор. Хотя у меня самого не было никаких дополнительных "ушей".