Один из делегатов, осознавая историчность момента, привстал со своего кресла, чтобы сфотографировать господина Чубайса на мобильную фотокамеру, и звук ее при срабатывании был таким громким, что другие делегаты зашикали на него: не будите спящего Чубайса!

– Станцию под названием «Чубайс» мы уже проехали! – обнадежил глава РАО ЕЭС, совершенно сознательно эксплуатируя в глазах делегатов Железнодорожного съезда свой неоднозначный образ.

Обычно такие слова вылетают изо ртов коммунистов на их митингах. Это выглядит органично. От таких же слов, произнесенных самим Анатолием Чубайсом, зал вздрогнул и как-то неуверенно засмеялся. На самом деле это была цитата. Эти слова уже произносил несколько лет назад насчет Анатолия Чубайса Юрий Лужков, тоже сидевший сейчас в зале.

– Правда, злые языки говорят, – продолжил Анатолий Чубайс разворачивать перед делегатами съезда близкую их сердцам и душам метафору, – что эта станция оказалась на кольцевой железной дороге…

Геннадия Зюганова спросили о смене правительства.

– Правительство должно топить… – говорил он, не поясняя, кого именно. Хотя и тут виделся мне прозрачный намек в адрес Сергея Миронова.

– И лечить, – продолжал Геннадий Зюганов.

– А вы не представляли, – спросил я Геннадия Зюганова, – в каких-то мечтах, грезах, во сне… Что президент России именно вас назовет своим преемником?

– Он меня не назовет, – вздохнул он, и голос его дрогнул, ему не удалось скрыть проскользнувшую вдруг горечь. – Успокойтесь. Не назовет! Успокойтесь. Да-да, успокойтесь…

Он как будто самого себя заклинал успокоиться в этот момент.

Но ему это так и не удалось. Он снова обрушился на Сергея Миронова, потом на Владимира Жириновского, потом вдруг, совсем уж некстати, вспомнил про то, что он все-таки оппозиционер…

Беспокойный человек.

Я разговаривал с министром финансов России Алексеем Кудриным.

– Наверное, с нетерпением ждете понедельничной встречи президента с членами правительства? Говорят, будут неожиданности?

– А вы думаете, это в понедельник произойдет? – после некоторого раздумья переспросил меня господин Кудрин.

Сергей Кириенко не растерял воодушевления от урановой сделки с Австралией в разговорах о ней с коллегами и журналистами. Наоборот, казалось, энтузиазм еще больше переполняет его после каждого нового собеседника.

– Куда же вы теперь? – спросил я его, машинально потянувшегося к выходу из гостиницы.

– Пойду пьянствовать! – честно признался Сергей Кириенко. – А что, не имею права?!

Он с искренним вызовом глядел прямо мне в глаза.

– Имеете, – попробовал успокоить я его.

– И сувениры жене куплю, – упорствовал он.

– Зачем вам куда-то ходить? – спросил я. – Видите, тут, в холле отеля, презентация русской водки (в центре зала мерцали голубым свечением буквы «Vodka» на столе с водкой. – А. К.). А вот сувенирный магазин. Все, вы уже пришли куда хотели.

Сергей Кириенко внимательно посмотрел на меня, а потом задумчиво и неожиданно трезво произнес:

– Нет. Если здесь начну, сувениров жене я, пожалуй, уже не куплю. Этот человек, видимо, слишком хорошо знал себя.

Полярник и депутат Артур Чилингаров рассказывал о наболевшем:

– Я вот тут из Арктики вернулся недавно, – и скромность в этот момент украшала Артура Чилингарова. – Так со мной же австралиец опускался на дно океана! Майкл Макдауэлл! Так его теперь на австралийских деньгах хотят печатать!

Я пытался найти в глазах Артура Чилингарова ответ на вопрос, мучает ли его то обстоятельство, что его, Артура Чилингарова, в его родной стране при этом никто не хочет печатать на деньгах, и не находил ответа, потому что Артур Чилингаров вообще не об этом сейчас думал.

– Я его бесплатно пригласил, – вот какое воспоминание больше всего сейчас интересовало Артура Чилингарова. – Но с одним условием: будешь ходить в русской экспедиционной форме! С нашим гербом! И он ходил! А американца я с собой не взял! Потому что взял друга моего! Австралийца! Он страховал меня. В русской форме!

– И какой же русский не любит быстрой езды, знаете? – спросил полпред президента Дмитрий Козак. – Тот, на котором ездят.

Министр внутренних дел России Рашид Нургалиев заявил, что его ведомство не будет настаивать на принудительном лечении алкоголиков, но при этом будет лечить их принудительно.

– Я хочу лично поблагодарить вас, Владимир Владимирович, за соучастие в трагедии, – начал свое выступление губернатор Кемеровской области Аман Тулеев.

Префект Северо-Западного округа столицы Виктор Козлов рассказывал, что в Куркине есть магазины шаговой доступности, пожарное депо, химчистка и, главное, первое в городе предприятие, «которое… ну… оказывает ритуальные услуги для животных».