— В какой компании?

— «Квант», кажется. С ним Тит разговаривал. Я только рядом сидел.

— Возможно. Как звали парня?

— Кирилл.

— А фамилия? Ты, конечно, не помнишь?

— Помню. Головкин. — Он говорил искренне, надеясь, что его мучители это учтут в дальнейшем. Но он не подозревал, что сидевший перед ним человек провел не одну тысячу допросов и знал подобные уловки.

— О чем вы с ним говорили?

— Он должен был предупредить одного парня о появлении своего хозяина.

— А подробностей ты, конечно, не помнишь?

— Не помню, — глухо сказал Червяков.

— Может быть, — согласился Константин Гаврилович. — Но, кто поручил тебе поехать в казино вместе с Титом, ты, конечно, помнишь?

Это был один из тех главных вопросов, на который он хотел получить ответ. Понимал это и Червяков. Поэтому, чуть подумав, он попросил:

— Можно воды?

— Сначала ответь на мой вопрос, — безжалостно сказал его мучитель, — и постарайся ответить так, чтобы я тебе поверил.

— Мне поручили.

— Кто?

— Можно я выпью воды?

— Кто поручил?

— Меня послали туда вместе с Титом.

— Кто? Ты напрасно теряешь время. Я должен знать — кто? — настойчиво повторил Константин Гаврилович, глядя на нервно дергающегося Червякова.

— Граф, — наконец выдавил Червяков, — он поручил.

— Принеси ему воды, Григорий, — разрешил Константин Гаврилович.

— Только не из крана. Там, во втором холодильнике, лежат бутылки! — крикнул ему вслед Червяков.

— Здоровье бережешь, — одобрительно кивнул головой Константин Гаврилович, — это правильно. Здоровье беречь нужно.

Григорий принес бутылку воды и стакан. Червяков налил воды, посмотрел на сидевшего перед ним человека.

— Вы не хотите?

— Пей на здоровье, — усмехнулся тот.

Червяков быстро и жадно выпил стакан воды.

— Какие у вас еще вопросы? — храбро спросил он.

— Молодец, — кивнул Константин Гаврилович, — неплохо соображаешь. Самые главные вопросы у нас впереди.

Хозяин квартиры чуть покраснел, бросая тревожные взгляды по сторонам.

— Почему Граф решил поручить вам завербовать Головкина? Кто ему дал такое поручение?

— Не знаю, — прижал руки к сердцу Червяков, считая, что так получится более убедительно, — честное слово, не знаю.

— Знаешь, — улыбаясь, сказал Константин Гаврилович, — обязательно знаешь. И обязательно мне расскажешь.

— Он ничего не сказал. Мы думали, что опять какой-то уголовник. Я ничего не знал. Даже подумать не мог, что этот Головкин служит у вас.

— У кого? — переспросил Константин Гаврилович.

Червяков, поняв, что проговорился, бухнулся на колени.

— Только не убивайте, только не убивайте, — умолял он, подползая к своему мучителю и обхватывая его ноги, — только не убивайте. Я вам все расскажу, все расскажу…

— Значит, ты меня узнал? — кивнул Константин Гаврилович.

— Да, да, конечно… нет… Нет, я вас не узнал. Просто я много про вас слышал.

— Почему Граф дал вам такое поручение?

— Он… у него… он…

— Говори! — дернул ногой Константин Гаврилович, толкнув лежавшего на полу Червякова.

— Он нанял профессионала, — сказал тот, захлебываясь ужасом, — нанял киллера. И договорился с ним, что окно будет открыто в тот самый момент, когда тот будет стрелять. Он мне рассказал об этом только после случившегося. Я об этом не знал, честное слово, не знал.

Он снова заплакал.

— Только не убивайте меня, — повторял он как заведенный, — только не убивайте меня…

— Кто поручил Графу убить Александра Юрьевича? — спросил, наклоняясь над ним, Константин Гаврилович. — Имя. Скажи имя.

— Только не убивайте, — продолжал, словно завороженный, твердить Червяков.

Константин Гаврилович посмотрел на Антона, и тот, поняв его взгляд, подошел к столику рядом с диваном, взял бутылку и начал лить воду прямо на голову Червякова. Тот закричал, решив, что пытка уже началась.

— Скажи имя? Кто поручил Графу устранить Александра Юрьевича? — грозно спросил генерал, наклоняясь над ним. — Ты знаешь его имя? Скажи нам или ты немедленно умрешь.

— Знаю! Только не убивайте! Я все знаю. Это Тарханов. Тарханов. Это он поручил убить вашего президента. Мне Граф все рассказал. Это он поручил, он. Мне Тит говорил, что у них борьба идет за свои интересы. Это Тарханов.