– В общем, да, - еще менее уверенно согласился старший из троицы.

– Заходите!
– я радушно распахнула калитку.

– Да нет, мы тут, постоим, подождем....

– Вы меня позорите как хозяйку, - обиделась я и распахнула калитку еще шире. Мужики затравленно переглянулись.

***

Выйдя из душа, он остановился и прислушался. Что за чертовщина? Из гостиной отчетливо доносился голос Спайры и еще какие-то голоса. Мужские. Отшвырнув полотенце в сторону и быстро нацепив штаны, он тихо двинулся в гостиную. От открывшейся картины у него приоткрылся рот.

– Рыжий, убери ствол, - смирно попросил Джереми. Майлс и Ивар замерли, не донеся до рта выпечку. Джозеф перевел дух и поставил оба пистолета на предохранители. Спайра укоризненно на него смотрела поверх голов гостей.

– Твоя супруга, Джозеф, любезно пригласила нас зайти на чашку чая, - медленно проговорил Майлс. Ему приходилось тяжелее всех - разговаривать без поминутного чертыханья и сплевывания он не привык. При Спайре же ему приходилось сдерживаться.

– И мы не смогли ей отказать, - пришел на помощь Ивар, дожевав булку.

– Джентльмены, прошу меня простить, - Спайра поднялась и обошла стол.
– Вам наверняка найдется, что обсудить и без меня.
– Она улыбнулась всем и каждому и неслышно вышла.

– Рыжий, твою же....
– Начал Майлс.

– Тихо, - рыкнул Джозеф.
– Ти-хо.

– Твоя жена удивительная женщина, - кашлянув, заметил Ивар.

– Я в курсе. И я оторву тебе голову, если ты....

– Рыжий, угомонись, - поморщился Джереми.
– Никто не смотрит на твою супругу иначе как на миссис Баггетт. Джозеф удержал лицо на месте и кивком показал на дверь.

– Пошли, во дворе потолкуем.

***

От досады я стукнула кулаком по столу. Склянки и пробирки жалобно дзынкнули. Хитрый, зараза! Очень уж мне было интересно, какие тайны появились у супруга с появлением Мирры в доме. В смысле, в тот же день откуда-то возле нашего забора стали появляться друзья Джозефа, о которых не было ни слуху, ни духу больше месяца. Странно, что ни говори. Потому я и решилась на невинную... подслушку.

И, что удивительно, когда я ему сказала о гипотетической опасности, обошлось без патетики из серии 'Ты моя жена, слабая женщина, я тебя защищу от всего на свете' и так далее. Чему я была рада. Но с появлением в окрестностях всех этих мужчин, я заподозрила, что Джозеф обошелся без слов, а сразу перешел к действиям. Знать бы еще, что он задумал...

***

Два дня прошли спокойно - я беспрепятственно съездила в мэрию, где мы с Генри подписали договор аренды. В тот же день я не утерпела, и собралась поближе взглянуть на будущий полигон, то есть, на шахту. За сборами меня застал Джозеф.

– Ты куда?
– он подкрался сзади и облапил своими ручищами, разом лишив возможности двигаться и дышать нормально.

– Шахту посмотреть хочу, - пискнула я, поворачиваясь в кольце его рук.

– Поехали, - согласился он, дотягиваясь до своей куртки.

– Поедешь со мной?

– А ты против?

– Вовсе нет, - смутилась я.
– Просто...

– Просто кто-то говорил, что единственное безопасное место - это наш дом, а сам собрался за две мили от этого самого безопасного места, - ехидно напомнил Джозеф. Я независимо пожала плечами и взяла с пола свою сумку.

Предупредив домочадцев о своем временном отъезде, мы выкатились во двор.

– Думаю, мы поедем не на твоей карете, - утвердительно сказал Джозеф и пошел за лошадьми. Я с удовольствием дышала полной грудью, вдыхая свежий утренний воздух, и щурилась, рассматривая пейзаж. Пейзаж был пожалуй что скучным - желтая степь, вдалеке - крыши домов, ратуша, часовня, пожарная каланча. С другой стороны - бледное голубе небо, быстрые облака, на горизонте - снежные шапки гор. В них упирается Пустыня - почти такая же желтая, как степь, но неуловимо отличающаяся, обманчивая. Коварная. Горячая.

– Спайра?
– от неожиданности я вздрогнула.

– Прости, задумалась, - муж помог мне взгромоздиться на лошадь. Я, помня о своем таланте наездницы, с сомнением уточнила, - Может, по старинке, на одной?

– Учиться надо, - необидно сказал муж и подал мне поводья.
– Она смирная, не скинет, не бойся.

– Ладно, - мы с лошадью с сомнением друг на друга посмотрели, но капризничать не стали.

– Ты только повод не сильно тереби, от этого лошадь нервничает.

– Хорошо, - покладисто согласилась я.
– Но если я завтра не смогу встать с кровати....

– Я останусь в ней вместе с тобой, - ухмыльнулся муж, да так красноречиво, что у меня заполыхали щеки. Джозеф довольно хохотнул, и мы выехали со двора.

Через полчаса я приноровилась к шагу своей лошади и стала с интересом изучать местность. Местность разнообразием не баловала, как я уже говорила.

– Что ты все в землю смотришь?
– удивился Джозеф.

– Рельсы ищу, - буркнула я.
– Кажется, вон они, начинаются.

– Скорее, заканчиваются, - хмыкнул муж, но лошадь остановил и свесился вниз, раздвигая рукой заросли полыни и бурьяна.