Великие переглянулись и кивнули.

– Ты получишь это, - торжественно сказала Свет.
– Для нас ты теперь родная и мы сделаем все, чтобы облегчить жизнь своей новой сестры. И дело не только в том, что ты возродила Весю, но и в том, что сама по себе ты хороший человек и отличная подруга.

– Нам никто и никогда не делал подарков, - добавила Тьма.
– А ты изменила наш облик к лучшему, от всей души желая сделать нас красивыми. Возможно, это мелочь, и в масштабах Вселенной ничего не стоит, но здесь и сейчас лично мне было очень приятно.

– Да ладно, - отмахнулась Анна.
– Я просто видела в вас таких же женщин, как я сама, и старалась сгладить первое впечатление, когда вела себя разъяренной фурией. Так что, хоть и с опозданием, но прошу прощения за свою несдержанность.

– Не нужно извиняться, - засмеялась Свет.
– На твоем месте мы бы разнесли в клочья полгалактики.

Равновесие обняла Анну и пообещала часто навещать её вместе с сестрами.

– Когда будет нужна помощь, вызови свою метку в глазу - и мы придем.

– А как?

– Просто подумай о ней.

– А еще постарайся поладить с богиней Трона, - посоветовала Тьма.
– Её называют Пресветлая мать или Пресветлая богиня плодородия. Она - куратор планеты, со своей работой справляется хорошо, поэтому мы пошли навстречу её просьбе не создавать Пантеон для других богов.

– И ей не скучно одной?
– поинтересовалась Анна.

– Богиня - очень сдержанная дама, не любит конфликтов и суеты. А наличие многих богов - это бесконечная вражда между ними за влияние на планете, что немедленно сказывается на жизни разумных, которые начинают выяснять с оружием в руках, чей бог лучше. И это лишь один из поводов для конфликта между ними. А ведь есть еще и обычная жадность, зависть, злоба, желание власти ...да много чего, что можно решить с помощью силы.

– Я понимаю, сама ненавижу насилие в любом проявлении, - согласилась Анна.
– Хотя лишь к сорока годам осознала, что бороться все же стоит, иначе теряешь уважение не только близких тебе людей, но и саму себя перестаешь ценить, как личность.

– Я верю, что в новой жизни ты не совершишь старых ошибок, а Пресветлая присмотрит, чтобы с тобой не случилось ничего плохого. До встречи, сестренка, - Анну обняло теплое облако преобразованных Великих и через мгновение лесной пригорок опустел.

Глава 24.

Элении не спалось. Она, поворочавшись в постели, решила больше не мучиться, а выйти на балкон и подышать свежим воздухом. "Анна-Сорита тоже не спит, - женщина нежно погладила уже довольно большой живот.
– Сейчас, доченька, мы тепло оденемся, чтобы дедушка не ругался на легкомысленное отношение к нашему здоровью, и немного погуляем". Ночной воздух был привычно холодным и влажным, и хотя зима уже заканчивалась, теплее пока не становилось. Обойдя второй этаж по периметру, Эления остановилась у балконных перил и посмотрела в сторону океана. "Ничего не видно, доченька", - привычно обратилась к Анне-Сорите молодая мать, эти мысленные монологи уже вошли в её привычку. Девочка в ответ заворочалась и Эления лишний раз убедилась, как была права Пресветлая, наказав ей общаться с ребенком еще до его рождения. "Ну, что же, ночь заканчивается, будем встречать рассвет", - женщина вздохнула и поудобнее устроилась на высоком мягком стуле, который отец поставил специально для неё.

Вот уже второй месяц Эления жила в поместье де Гривзов, оставив Эрика на хозяйстве в столичном доме. Преподавательская работа мужа в Академии ценилась очень высоко, освободиться он мог лишь в каникулы или на праздники, чем де Лей постоянно пользовался, приезжая к Элении как можно чаще. А для своего спокойствия Эрик приставил к жене верного человека - Старого Умника, который следил за беременной хозяйкой с отцовской тщательностью. Гвидо де Шарон, ближайший друг родителей Эрика, давно отошел от государственных дел и принял на себя обязанности дуэньи молодой пары.

– Какой слуга?!
– кричал Эрик, услышав просьбу Умника взять его привратником в дом.
– Ты - дворянин, барон, первый человек ордена Согласия, много лет проработал в разведке Ирии и лично знаком с королем. Я не понимаю смысла этой просьбы.

Гвидо выставил "полог молчания" и "успокоил" молодого графа:

– Эрик, у меня неприятности. Уже какое-то время на меня ведется охота, организованная каганатами Илоя и Тагды.

Де Лей, резко побледнев, рухнул в кресло.

– Это они убили маму и отца, - прошептал он.
– А теперь и к тебе подбираются? Сволочи, все никак не успокоятся, что Ирия принесла в степь мир и процветание. Рассказывай, я хочу знать подробности.

– Много лет назад по инициативе короля Огдена мы начали осваивать северное побережье Герданы. Строили порты, возле которых быстро вырастали города, учили степняков морскому делу, делились знаниями и опытом ведения международной торговли ...да что я рассказываю, ты сам это прекрасно знаешь. А каганаты Илой и Тагды оказались на самом дальнем участке побережья, которое выходило к Саремским горам, и поэтому осваивалось последними, то есть медленно и долго.

– Да ведь путь туда, что по суше через земли Оуэна, что по морю, занимает несколько месяцев, - кивнул Эрик.
– Это понятно.