– Значит, опять навезут секретных бумаг, с которыми ты будешь сидеть сутками закрывшись, - констатировала Эления.
– Иди, встречай. И спроси, останутся ли гости ужинать и ночевать?

– Да, хозяйка, - Умник поклонился.
– Я могу идти?

– Вот стукну хорошенько, чтоб не издевался, дядя, - пригрозила молодая женщина и ехидно добавила.
– Свободен.

Вечер заканчивался веселым ужином. Гости Гвидо, передав ему сумку с документами, попрощались и уехали, спеша к телепорту в Керру. Эрик, рассказав столичные новости, отдал Элении письма друзей и уселся играть с Хьюго в камни. Гвидо, забрав ужин к себе, извинился и исчез. И только экономка Фрида бесшумно сновала по столовой, убирая со стола, и поглядывала в сторону читающей письма молодой хозяйки.

– Шел бы ты спать, Эрик, - намекнула она де Лею.
– Эления весь день на ногах, даже заметно, как лодыжки отекли. А пока ты здесь, она не уйдет отдыхать, так соскучилась по тебе, бедняжка.

– Уже иду, - поднялся Эрик, - Хьюго, завтра доиграем.

– Конечно, - де Гривз, проводив молодую пару на второй этаж, свернул в сторону комнаты Старого Умника. Ему необходимо было посоветоваться с товарищем о предстоящих родах дочери. Гвидо на стук сразу открыл двери и с беспокойством спросил:

– Что? Уже?

– Нет, не уже, - улыбнулся Хьюго.
– Есть разговор.

Он зашел в комнату, перегороженную плотной ширмой, которой Умник загородил рабочий стол, и присел в кресло.

– Я не знаю, когда начнутся схватки у Элении, днем, вечером или ночью, но к тому времени ты должен обеспечь мне тишину в доме. Никто не должен подходить к моей рабочей комнате, где будет рожать дочь, никакой толчеи, переживаний слуг и прочих зрителей. Это важно, и это не просьба, приказ. Я специально предупреждаю заранее, чтобы ты подумал, как это всё организовать, чтобы не вызвать излишних волнений. Принимать роды буду я и Эрик, ты будешь за дверью на подхвате, вдруг что понадобится. Даже Фриду не впускай на этаж...

– Я всё сделаю, - успокоил Хьюго товарища.
– Но к чему такая предосторожность?

– Эления - сильный маг Жизни, Анна-Сорита тоже родится магом, очень сильным магом, я уже это вижу. И потому не знаю, какой выброс силы может произойти во время родов. А он будет, поверь. Мы с Эриком поставим защиту в комнате, ты обеспечишь её в коридоре...

– Но я ведь слаб, - возразил Гвидо.
– Что я могу?

– Вот что сможешь, то и обеспечь. Я поэтому прошу убрать всех людей подальше, чтобы никто не пострадал, мало ли что.

– Неужели за все годы работы ты не принимал детей-магов?
– удивился Умник.

– Во-первых, у меня другая специализация, - ответил Хьюго, - во-вторых, таких сильных магов, каким будет Анна-Сорита, и которые инициируются сразу при рождении, не принимал никто из знакомых мне врачей, я специально консультировался. Так что придется обходиться своими силами.

– Понятно, - Гвидо кивнул, а потом улыбнулся.
– Говоришь, малышка у нас будет о-го-го?

– Уверен! Так что думай, планируй и ничего не бойся.

– Сам не бойся, - засмеялся Умник.
– Вот я просто знаю - всё будет хорошо. Да и ты это знаешь, вздумал пугать меня на ночь. Иди отдыхай, мне ещё работать нужно, шутник.

День Пресветлой богини плодородия праздновался на Гердане дважды в году - весной, чтобы разбудить землю для посевов и в конце осени, чтобы отблагодарить ЕЁ за щедрый урожай.

Гвидо, помня наказ де Гривза оградить дом от посторонних, организовал праздник на дальней лужайке перед виноградниками, разбив с помощью слуг большой шатер, под которым повара накрыли богатый стол. Из Гривы был приглашен небольшой оркестр, игравший задорные плясовые мелодии, вино лилось рекой, кружились пары танцующих, повсюду раздавался смех, песни и шутки, и лишь хозяева сидели в напряжении, посматривая на Элению. А она, как живое воплощение Пресветлой, царила за столом, спокойно улыбаясь окружающим и ждала начала родов. И лишь когда на вечернее небо стали выплывать Двуликие, молодая мать поняла, что её время пришло. Она повернулась к отцу и шепнула:

– Пошли домой, у меня спину ломит.

Уход с праздника семьи де Гривзов слуги восприняли спокойно - конечно, хозяйка ведь на сносях и ей надо отдохнуть. Эрик, отойдя подальше от лужайки, подхватил Элению на руки и скорым шагом поспешил к дому. Хьюго и Гвидо торопливо шли по бокам, страхуя де Лея от случайного падения.

– Что такое?
– шепнул Эрик жене.
– У меня руки вдруг стали мокрыми.

– Это воды отходят, - ответила она и застонала.

– Хьюго!
– вскрикнул испуганный Эрик.

– Все хорошо, так и должно быть.

– Поставь меня на землю, - попросила Эления, - хотя бы на минуту.

– Нет, нам нужно спешить, - ответил её отец, - начались схватки и ты должна быть в тепле и удобстве.

Вскоре, в заранее приготовленной комнате, Великий целитель развил бурную деятельность, раздев и уложив дочь на высокую кровать. Гвидо ушел сторожить коридор от посторонних, а Хьюго и Эрик, тщательны вымыв руки и переодевшись в чистую одежду, приступили к заранее оговоренным действиям - Хьюго наблюдал дочь, а Эрик помогал ей переживать боль схваток.