Именно большая беседка в теплые дни была настоящим домом Хьюго. Он прикрыл её окна темными ставнями, запрещал слугам убирать по утрам постель, занимавшую большую часть пространства, и был счастлив, качаясь в кресле-качалке по вечерам под кустом сирени с книгой и трубкой в руке.

И, конечно же, главной частью пейзажа Гривы был океан.

Удивительно спокойный и ласковый в это время года, зимой океан превращался в безобразника-соседа, который норовил развалять дома и постройки на берегу, обильно растряхивая морскую влагу в воздухе, а еще натравливал на людей своего приятеля - морского ветра, двигающего барханы песка на людские угодья. Вот уж кто мог усложнить жизнь Гривы. Поэтому было решено построить высокие полосы стен вдоль барханов, не давая ветру сдвигать песок с места. Издали, эти каменные изогнутые линии вдоль побережья, еще больше напоминали лошадиную гриву. А океан, поревев пару зимних месяцев, снова становился своим в доску приятелем, щедро делившимся с людьми рыбой, моллюсками и другой морской живностью.

Глава 4

Эрик не мог поверить, Эления действительно забеременела. Её отец, великий целитель Хьюго де Гривз, подтвердил интересное положение дочери, только увидев её на пороге дома. А ведь прошло лишь три дня после той сумасшедшей ночи.

Обняв и расцеловав детей, отец пригласил их отдохнуть в уютную ротонду на холме, а потом вдруг поднял дочь из кресла и начал рассматривать внимательными все еще ярко-синими глазами.

– Вижу, ты знаешь, - утвердительно сказал он.

– Да, - кивнула Эления.
– Но я хочу, чтобы ты меня обследовал и в дальнейшем тоже консультировал, вплоть до родов.

– О чем вы?
– удивился Эрик, а потом понял.
– Так вот почему ты успокоилась и вновь стала прежней? Ты беременна?

– Он не знал?
– поднял брови тесть.

– Я ему намекнула, но он не понял, - улыбнулась Эления.

– А как я мог понять?
– возмутился Эрик.
– Три дня прошло, три. Однажды ночью ты шепнула, что забеременела и все. Как я мог догадаться? Тем более, что у меня совершенно другой тип силы, я же маг Воздуха.

– Эрик, - Эления сжала его руку.
– Ты все равно не смог бы поверить, да и кто бы смог? Действительно, миновало всего лишь три дня. Но, понимаешь, у женщин бывает такое предчувствие, я даже объяснить не могу, откуда это. Но это есть. Мы просто знаем и всё. Так что я решила подождать вердикта отца... и да, я уверена, что теперь обязательно стану матерью. Более того, я знаю, что у нас будет девочка. Такая хорошенькая, умненькая, похожая на нас обоих, и в будущем - сильный маг.

– Уж лучше пусть на тебя будет похожа, - вздохнул муж.
– Ты же вон какая красавица.

– Только давайте пока никому ничего не говорить, чтобы не сглазить, хорошо?
– попросила Эления. Ей ответили крепкие объятия мужа и поздравления будущего деда.

И дни потекли неспешной чередой. Каждый занимался своим делом, хотя Эрик больше помогал Хьюго по хозяйству, следуя за ним в поле или на виноградники. А Эления занялась домом, провела ревизию постелей и посуды в связи с будущим наплывом гостей, обсудила меню с поварихой и осмотрела цветники вместе с садовником, но и это заняло у неё не так много времени. Ведь в хорошо налаженном хозяйстве всегда будет порядок, особенно, когда им командует такая отличная экономка. Фрида была ею уже больше 20 лет, невысокая, миловидная, она когда-то приехала в Гриву лечить свой ревматизм и так и осталась. Хьюго в то время отпустил тогдашнюю помощницу на пенсию и искал новую экономку. А тут пациентка, дама еще не старая, одинокая и ищет работу. Им хватило одного ужина, чтобы договориться.

– И я ни разу не пожалел об этом, - хвалился де Гривз.
– Тем более, что она потрясающе играет в камни, а это о многом говорит.

(Камни - разновидность земных шахмат).

Через неделю приехало семейство де Керра и забрали Элению и Эрика к себе в гости. Приемы с обильной едой и танцами, игры на воздухе, плавание и рыбалка совершенно не мешали беременности молодой женщины. Она только ограничила себя в жирной и жареной пище и не пила вино.

– Ты что, Эля?
– допытывалась Майя, младшая дочь барона и лучшая подруга.
– Не заболела ли?
– вопросы о беременности уже давно были среди друзей де Леев под запретом, все знали, как болезненно Эления реагирует на них.

– За последний год я так нервничала, - призналась та, - что у меня стал болеть желудок и отец временно запретил мне переедать и употреблять алкоголь. Надеюсь, это ненадолго, - улыбнулась она.

– А сейчас ты уже не нервничаешь?
– серьезно спросила подруга.

– А сейчас я решила принять свою судьбу и отдать её в руки Пресветлой.

– Слава ей, - выдохнула облегченно Майя, - мы все очень переживали.

– Знаю, но я...

– Ничего не говори, я рада, что ты снова стала прежней. И хватит об этом.

Интимная жизнь пары де Лей вновь стала насыщенной. Эрик даже боялся, а вдруг они навредят малышке? Но жена уверяла, что так нужно. Пресветлая в одну из ночей приходила к ней во сне, сне, который Эления прекрасно запомнила, и предупредила:

– Анне-Сорите нужна энергия. Это лучше всего делать в постели. Навредить дочери вы не сможете. Наоборот, сделаете её ещё более сильной. А вот уже во второй половине беременности, когда малышка окрепнет, занятия любовью придется прекратить, чтобы не вызвать излишних волнений девочки. Она ведь будет многое понимать. В это время и нужно начинать её обучение азам магии, буквы показывать, рассказывать сказки.