– Как такое возможно?

– Я потом объясню. А теперь спи.

Так что пришлось Элении искать приемлемое объяснение мужу.

– У нас будет необычная девочка. В ней соединилась и твоя и моя магия, но пока что сил у нее мало, а наибольший выброс энергии происходит сам знаешь где. Поэтому запомни: если мне вдруг станет нехорошо, хватай в охапку и неси в постель, понял? Только не спрашивай, откуда я знаю...

– Ну, да, ты просто чувствуешь, - хмыкнул Эрик.

– Вот родится Анна-Сорита - сам всё поймешь.

– Что? Ты уже и имя ей дала?
– деланно возмутился муж.
– А у меня спросить забыла?

– Прости, имя дочери я придумала еще несколько лет тому назад. И так с ним свыклась, что когда поняла, что у нас будет девочка, то...

– Понятно, - протянул Эрик.
– А если бы родился мальчик?

– Хьюго-Фарр.

– Твой и мой отец.

– Да.

– А сейчас ты как себя чувствуешь? Плохо? Вижу - ослабела вконец, просто сознание теряешь, - Эрик подхватил жену на руки и пошел в спальню. Хьюго, вышедший посидеть перед сном в любимом кресле и увидев как молодежь уходит с балкона в дом, вздохнул с облегчением. Последний год он сильно тревожился за Элению и её брак, дочь от горя могла наделать глупостей. Но сейчас, когда все вернулось в привычное русло, старый врач был счастлив.

"Решено, о своей болезни расскажу им лишь тогда, когда уже невозможно будет скрывать, - решил он.
– Пусть последние годы моей жизни не омрачаются тревогой и беспокойством детей. Они в любом случае ничего изменить не смогут. Старость и идущие с ней болезни можно только приостановить, да и то ненадолго. Человек смертен - и тут уже ничего не поделаешь, остается только смириться".

Лето минуло спокойно и весело. Эления все время улыбалась и часто уходила на берег океана. Хьюго не разрешал беспокоить её лишний раз, понимая что дочь сосредоточена на себе и будущем ребенке. Расположившись на мягкой кушетке под навесом молодая женщина много читала, спала, ела фрукты, а когда заканчивалась жара - загорала нагишом, предварительно загородившись высокими ширмами. Поздними теплыми вечерами они с мужем купались на мелководье и оба понимали, что еще никогда не были так счастливы.

Но всему приходит конец, лето заканчивалось, сборы к отъезду были недолгими, так как большую часть вещей Эления отправила еще декаду назад. Тогда же были упакованы и добавлены в багаж лучшие овощи и фрукты с плантаций Хьюго. А в последний вечер пребывания детей Великий Целитель снабдил дочь своими лучшими лекарствами на все случаи жизни и расписал отдельно рацион питания. После ужина, когда налетевшая из океана туча вдруг разродилась тихим дождем, Эления сказала:

– Папа, Эрик, я решила, что пробуду в столице недолго, месяца 2-3, а потом вернусь сюда, домой. Эрик, не вскидывайся так, ты же понимаешь - рожать в Аруне я боюсь, а здесь у меня папа - лучший в стране врач. Ну кто сможет присмотреть за мной, как не он?

– Я понимаю, - вздохнул муж, - просто оставаться одному не хочется, я буду скучать, да и волноваться тоже. Но ты, безусловно, права, нужно возвращаться и рожать здесь. А сроки уже прикидывала?

– Я тебе и так скажу, сынок, - улыбнулся будущий дед.
– Анна-Сорита появится ровно в середине месяца Капеля.

Утром молодые, тепло попрощавшись с отцом и его "придворными", как шутливо называл слуг Хьюго, уселись в карету и через два дня уже въезжали в ворота своего городского дома.

Старый Умник шутливо отдал им честь и крикнул "Виват!", после его крика двор сразу же наполнился людьми, все спрашивали о самочувствии хозяев, конюхи быстро расседлывали коней, чтобы увести их на конюшню, большая часть слуг отвязывала многочисленные сундуки и баулы и переносила их в дом. А Эления сразу же пошла по комнатам, сопровождаемая командой прислуги, указывая что и куда из вещей поставить и давая необходимые пояснения и распоряжения.

– Ну, слава Пресветлой, вы вернулись довольными, - гудел весело толстяк Грум, раскладывая вещи хозяина по местам.
– А то мы все гадали, какой вернется госпожа. Съехались в особняк после лета декаду назад и переживаем, ждем известий. А тут и багаж ваш прибыл и с ним новости, что все благополучно.

– Все не только хорошо, - тихо сказал Эрик.
– Всё просто замечательно. Грум, я могу тебе доверять, поэтому поделюсь новостью. Хозяйка беременна.

Вид ошеломленного от изумления слуги доставил Эрику огромное удовольствие. Но ненадолго, потому что толстяк вдруг рухнул на колени и зарыдал.

– Ты что?
– Эрик попытался поднять его, но Грум, отодвинув руку хозяина, с натугой произнес:

– Подождите, дайте мне минуту, - он начал исступленно молиться, благодаря Пресветлую за её милость.

Когда Грум успокоился, Эрик попросил его присмотреть за Эленией.

– Я не знаю, кому и что из женщин она скажет, - объяснил он, - но ты должен всегда знать, что происходит в доме, какие идут разговоры, и главное - следить за тем, как себя чувствует госпожа, потому что мы не хотим заранее никому ничего говорить.

– И правильно, - горячо согласился Грум.
– Не беспокойтесь, я присмотрю за всем и прослежу, чтобы хозяйке было хорошо и она была всем довольна.
– Он вздохнул.
– Эх, жаль, что Умнику сказать нельзя. Он бы порадовался! Да и дворовых он лучше знает, мог бы за всем и в саду, и во дворе присмотреть, опыт то у него - о-го-го.