24. СНОВА ЗА СТАРОЕ

Ф И Л И П П

Было ещё темно, когда я резко сел в спальнике. Рядом, освещаемая оставленным осмотрительно Сашей огоньком, ворочалась Эмма. Между бровями у неё пролегла складка, а на щеках были влажные дорожки от слёз, что хорошо были видны при свете летающего кружком над ней огонька. Протерев глаза, и широко зевнув, я поднялся со спальника и подполз к Эмме. Положил руку на лоб, проверить, как она и с облегчением вздохнул – жара не было. Я переживал за Эмму, так как её всюду преследовали демоны. Что здесь, что во сне. Но она не хотела делиться, а если бы я надавил на неё, она бы ещё и на меня дуться начала бы.

Поймав край одеяла, что она скинула с себя, я укрыл её им, потому что её всю трясло. Складочка между бровями расправилась, и она отвернулась от меня на другой бок, хватая пальцами одеяло и укутываясь чуть ли не с головой.

С другого края послышался храп, и я поднял глаза на спящего у входа Саню, который нас похоже охранял, пока сон и его не сморил. Покачав головой, подполз я к своему спальнику и надел ботинки и куртку с шапкой. Хоть и в палатке благодаря летающему огоньку было тепло, мне почему-то захотелось выйти подышать свежим воздухом.

Осторожно, чтобы не разбудить ребят, я медленно потянул «молнию» на входе вверх, и та впустила прохладный воздух. Кто-то из ребят тут же чихнул, а я, пока они оба стали шевелиться во сне, выскочил из палатки и закрыл за собой «молнию» на ней.

Наконец разогнувшись и потянувшись с протяжным зевком, я застегнул «молнию» на куртке и, махнув в воздухе палочкой, образовал перед собой сферу, которая стала кружить вокруг моего правого плеча.

Что было удивительным во всём этом, так это то, что снег валил хлопьями, «загораживая» собой видимость на два шага вперед.

Сфера вновь крутанулось рядом с моим правым боком, и я решил, что ничего плохого в том, что я пройдусь здесь и осмотрюсь – не будет. Может, кто знает, магнетизм замка на меня не подействует?

Хрустящий под ногами снег был единственным звуком на протяжении моего пути и иногда жужжание световой сферы. Пар вырывался из моего рта серым столпом – было очень холодно, но я пока ещё не сильно промёрз и поэтому продолжал своё исследование.

Думать ни о чём не хотелось, и поэтому я разглядывал всё кругом с двойной внимательностью. Две березы справа от меня прогнули ветки под тяжестью снега, а там, в кустарнике, встряхнув с себя снег, куда-то устремилась ворона. А впереди была только стена снега. Иногда, благодаря туману, можно было разглядеть очертания деревьев, елей и елок далеко направо, а с левой стороны – большую полоску ограды Чародея, а именно квартала хамелеонов.

Повернув на право, я зашагал чуть побыстрее. Кажется, я начал замерзать. Сфера недовольно зажужжала, пытаясь меня нагнать. Но я не шёл, несмотря на холод, назад к палатке, я решительно шагал вперед, туда, где стали проявляться черты замка.

С каждым шагом он становился выше и шире, а также темнее; прорисовывались отдельные детали – горгульи, ангелочки, пилястры и весь тот набор, которым украшали здания в стиле классицизма.

Когда я добрался до него, до главного входа, который подсвечивался одиноким тусклым и ржавым фонарём над дверью на цепи, то я замедлил шаг. Глаза разбегались, не зная, за что зацепится.

Можно всё описать одним словом – «разрушение». И хотя вблизи замок был красивым, статным, но он наводил и страх и благоговение. У главной двери, в нишах, стояли скульптуры мужчины и женщины, серые и печальные. По привычке, пожав плечами, я подошёл к женской скульптуре и у её ног стояла табличка с фамилией, которая ровным счётом для обычного человека не значила ничего, но я знал, кто это была, и был изумлён. Скульптура женщины была великой в своё время волшебницы, прославившаяся на мир тем, что построила отношения между волшебниками и ведьмами из городка Отбросов; как бы это странно не звучало, но ведьмы действительно отличаются от нас, да ещё куда и опаснее. Построить с ними мир очень долго не могли, из-за чего страдали все, когда людей жгли на кострах, и изображенная печальная женщина смогла, несмотря на призрения и усмешки в её адрес, выйдя за черного мага замуж, буквально построить мир между нами.

Устав разглядывать серую фигуру женщины, я подошёл к самой двери. Там были две ручки, похожие на львов у которых изо рта торчали кольца.

Я не знаю, что на меня нашло, но я уверенно взял одно кольцо и постучал им. Скрип и звук щелчка последовали следом. Вторая дверь со скрипом приоткрылась.

Думал я долго идти ли мне аль нет, но всё-таки, забыв о друзьях и думая только о том, что же хранится в стенах этого таинственного и мрачного замка, я вошёл внутрь.

За мною тихонько прикрылась дверь и сфера, о которой я забыл, стала единственным источником света.

Коридор был запущен. Ковер лохмотьями лежал на полу, в некоторых местах даже поеденный кем-то, а где-то испачкан чем-то. По бокам от меня было два арочных прохода, которые вели тоже в ещё два коридора.

Ничего себе замок, как лабиринт! Вглядываясь в темноту впереди, справа и слева, я всё-таки повернул направо. Тут коридор был посветлее и на стенах висели гобелены со знаком Мира Завес, а также с богом и богиней, меняющиеся в разные композиции. Также были вазы, в которых были остатки цветов, неизвестно с какого года. Подойти и узнать я побоялся.