– Отведайте, Князюшко! Пирожочки по рецепту вашей дочурки! – он потряс подносом, так что уронил несколько пирожков на колени Дьяволу, – А чтобы вы не отравились к шенаду, я сейчас их все понадкусываю прямо при вас, дорогой мой!

И лев принялся откусывать от каждого пирожка по половине, измазывая слюной оставшуюся часть и громко чавкая, все так же безумно глядя в глаза Деннице. Тот горделиво ухмылялся, не произнося ни слова. Сфорца приложил лапу к морде и покачал головой. Все остальные, кто в шоке, кто в недоумении, наблюдали за происходящим.

– Как ваши дела, дорогие Хвосты? – наконец произнес Дьявол.

– Мы потеряли одну маску, – отозвался Максим, – Она стала Демоном и не выходит на связь… Мы потеряли ее… Она не выходит на связь, – нервно повторил он, сжимая зубы.

– Лучше все-таки было ее вызвать, – задумчиво произнес Денница.

– Нет, я должен быть один такой Демон на этом собрании! – встрял Олег, – Ты не в счет, Сфорца, ты Первородный. Шенеад, ты круче меня…

– Что значит Первородный? – очнулся Пушистый.

– Бескультурье творится… – вздохнул Артем.

– Это все, кто остался? – продолжил Денница.

– На сегодняшний день да, – ответила Рейнлан.

– А я новенький! Я новенький! – затараторил Пушистый.

– А где же остальные Первородные? – продолжил, не обратив на него внимания, Дьявол.

Сфорца с интересом повернулся к Рейнлан.

– Ягуар Макарано в Аду, – сказала Рейнлан, – Собственное начало Агварэса погибло, оно было слишком слабо и после разъединения со своим темным долго не выдержало. А темное начало Агварэса до сих пор заключено в Игоре Кеаго.

– Ну, все как обычно. Темное начало заключено в Светлом Принце, который является наследником главной линии клана Кеаго… – усмехнулся Князь.

– Другой – дикобраз Антарес – заточена в мече Царицы Макарано, согласно договору о мире между Светом и Тьмой, – пробормотала Анкс.

– Что за договор? – снова поинтересовался Пушистый.

– Царице сильнейшего земного клана служит Светлый Принц и один из Первородных Демонов. Таким образом поддерживается равновесие… – ответила Рубрус.

– Молодец! Недаром ты моя ученица! – обрадовался Олег.

– Ну а вы, – Денница глянул на Макса, – в состоянии боевой готовности?

– А что-то затевается? – не унимался Пушистый.

– Конечно, это же Ад. Тут всегда что-нибудь происходит… – словно улыбаясь, ласково оскалился Денница.

– Я готова! – уверенно ответила Рейнлан.

– Доесть пирожки? – приподнял брови Денница.

– Нет, их все съел Олег.

– Оперативно…

– Да, я тоже готова… – проговорила Даша и опустила взгляд. Только тогда она заметила, что ее лапа стоит в луже крови, а сидящий рядом Первый Хвост весь трясется и разрывает мышцу своей ноги.

– И я! И я готов на все! – подхватил Олег.

Все остальные ограничились кивком, кроме Макса. Он уже не слышал ничего вокруг и дрожал так сильно, что не заметить это было невозможно.

– Так хорошо, когда все готовы, – посмеялся Дьявол.

Тут Макс не выдержал и завыл, потом с силой ударил когтистой лапой по столу и протащил ее к себе, оставляя глубокие борозды на столешнице. Потом он ударился об стол и остался лежать. Рейнлан метнулась к нему, впустила разряд чакры в сердце и стала залечивать ногу. Он приподнялся, но маску не снял.

– Я думаю что ты, Денница, и так все знаешь, – проговорила она, глядя на Дьявола, – так что давайте все окончим!

– Ты права, мой маленький недодьявол, все в порядке, – Денница поднялся, – Полный Хаос и беспорядок! В том числе, благодаря заботе Олега… – он многозначительно посмотрел на Демона.

Тот ответил наглой улыбкой-оскалом и агрессивным взглядом, в котором читалась готовность к уничтожению.

– Такой-то ты мне и нужен! Я покидаю вас, хотя тут очень весело.

Олег посмеялся.

– Заглядывай, старик!

Макс резко с силой откинулся, ударился затылком о спинку стула и тихо зарычал.

– Не такой уж я и старик, – тянул время Дьявол, – на меня многие заглядываются! – он еще раз глянул на Макса, посмеялся и удалился.

Олег убежал сразу за ним, Сфорца ринулся его догонять, чтобы тот опять чего-нибудь не вытворил. Максим снял с лица Мешер и, шумно выдохнув, закашлялся. Вскоре ушла Даша, раздраженная видом крови, и на всякий случай смылся Пушистый.

***