– Я девушек, редко такими разговорами очаровываю, - вздохнул Борис.

– А мне понравилось, - я улыбнулась.
– Ты интересно рассказывал. Потому что японская поэзия меня не вдохновила.

– А... То есть начал я все-таки стандартно.

– Не знаю твоих стандартов, но начал ты вдохновенно, - мы засмеялись.

– А часто срабатывает?
– полюбопытствовала я.

– Часто, - кивнул Боря.

– Мда, - расстроилась я.
– Так я тебе статистику подпортила?

Борис захохотал.

– Мне её Петька испортил, когда потом мозги промывал, чтоб я ни-ни, даже не думал.

– Тогда ладно, - кивнула я. В таком духе мы пообщались ещё какое-то время, уже осмотрев оружие. Я заикнулась, что хотела бы подержать в руках вооот этот меч. Мне его дали (!), но удерживала я его не долго, уж очень тяжелый был. Дошла очередь и до кольчуги. Она ложилась складками, как ткань. Естественно, мне она была велика на несколько размеров, Борис был не так высок, как Петька, и не выглядел крупным, но все-таки был мужчиной. Тяжесть легка как-то равномерно. Я думала, что ощущение будет как от рюкзака, но нет. Движения замедлились. Весила она много. Для моих собственных пятидесяти килограммов. Спросила, сколько она весит.

– Вроде килограмм двенадцать-четырнадцать, не помню.

– И как ты в ней ещё и мечом машешь?

– Так тренировки.

В комнату зашел Петька, рассмотрел меня.

– Хоть сейчас в бой.

Я показала язык, и попросила:

– Петь, сфотографируй меня!

Борис вручал мне оружие, показывал, как его правильно держать. Потом народ стал выкрикивать Борино имя, гости его потеряли. Меня разоблачили. Я повела плечами, ощущение было, что сейчас взлечу. Мне очень понравилось.

Под конец вечера я задремала на диванчике, прижавшись к Пете. Через некоторое время раздался голос Бориса:

– Умаялась?

– У неё день, насыщенно прошел, - ответил Петька.

– Да уж, - хмыкнул Борис, а потом признался.
– Она меня на кухне почти напугала.

– Я так и понял.

– Изверг ты.

– Есть такое.

– А она ничего. Забавная.

– Не облизывайся, - отрезал Петька.

– Да я не о том, поговорить с ней интересно. И вообще...
– туманно продолжил Борис.

– Вот-вот, давай без вообще.

– Так ты же ей доверяешь, - ехидно заметил Боря.

– Я ей доверяю, но она впечатлительная и все близко к сердцу принимает, а если я тебе морду набью...
– я решила вмешаться. Шум в комнате дремать не мешал, а вот их разговор - ещё как. Да и разговоров о мордобое между друзьями не понимаю.

– Дайте поспать!
– Петька вздрогнул.

– Ты подслушиваешь!
– возмутился.

– Так вы сами здесь говорить начали, - я села, поняв, что дрему мне сбили.
– Я же под диваном не таилась, - посмотрела на Борю, он смутился.
– Ведь правда, Борь?
– я ему подмигнула. Тот засмеялся.

– Правда.

– Петь, - я кокетливо заглянула ему в глаза.
– А ты меня ревнуешь?
– я его слегка пощекотала.

Петька от щекотки дернулся, за руку схватил, но тон прочувствовал, и с любопытством спросил:

– А ты как думаешь?
– Борис слушал с интересом.

– Думаю, нет, - я грустно вздохнула. У Бори лицо слегка вытянулось, а я добавила.
– Судя по вашей беседе на кухне.

– Так ты там не так мало и услышала, - лениво заметил Петька, а Боря засмущался.

– Вредина, - я его ущипнула.
– Хоть бы для вида изобразил, что ревнуешь.

– А тебе оно надо?
– внимательно посмотрел на меня Петька.

– Рыжий, ты с головой не дружишь, - пробормотал Борис.

– Ты прав, не надо, - ответила Петьке, а потом обратилась к его другу.
– А с головой Петя дружит, даже слишком хорошо, в ущерб другим частям тела.

Борис закашлялся, а Петька возмутился:

– Я тебе сегодня продемонстрирую, с чем я дружу.

– Петь, я про сердце, - я невинно посмотрела на милого.
– А ты о чем?

С удивлением я поняла, что Петю мое замечание задело.

– Петь?
– я внимательно вглядывалась в его глаза, погладила по щеке и нежно улыбнулась.
– Я пошутила.