– А куда мы идем?

– Вы сейчас все увидите, леди. Вашу руку, тут достаточно темно.
– Я с радостью ухватилась за его ладонь, и немного успокоилась. Свет окончательно померк, и теперь лорд почти обнимал меня за талию. Не знаю, почему он не зажег светляк.
– Ну, вот, мы и пришли, - с облегчением сказал Марк. Я вежливо протянула 'Ммм', потому как не видела ровным счетом ничего. На плечи мне легли горячие ладони, Марк немного придвинулся ко мне, и теперь прижимал меня спиной к своему животу. Странно приятное ощущение взбудоражило кровь, и я моментально покраснела от собственных мыслей. Внезапно темнота расступилась, и я увидела, что мы стоим у стенки большого зала, а по центру... алтарь. Я сглотнула и вывернула шею, заглядывая мужу в лицо.

– Милорд, вы понимаете, что я начинаю бояться?
– сухо спросила я. Его руки с плеч соскользнули на талию и прижали еще крепче.

– Не стоит, Каэта. Пока я с вами, бояться вам нечего.

– Это отрадно.
– Так же сухо ответила я и попыталась успокоиться.

– Это сердце Дома. Дом - живое существо, и ему нужно, что бы в нем жили люди, бегали дети и звучал смех. Чтобы в нем любили и занимались любовью.

Я молча внимала.

– Нашему Дому уже более трех тысяч лет. Он стар. Ему нужна свежая кровь.

– Моя?
– проблеяла я. Марк рассмеялся.

– Наших детей.

– Милорд?!

– Сам факт их существования, Каэта, ну за кого вы меня принимаете? Я последний потомок древнего рода. И абы от кого детей иметь мне нельзя. Вы подходите идеально.

– Как приятно, - пробормотала я. Оскорбленное самолюбие верещало, что меня выбрали просто как племенную кобылу. Усилием воли я подавила это чувство, напомнив себе, что прочие аристократы мало отличаются, а надеяться на то, что лорд от них отличается - глупо. Древний род, древний дом, три тысячи лет....

– Как называется наш род?

– Зу Нагим, - после короткой паузы ответил лорд. Я кивнула, молча принимая эту информацию к сведению.
– Осталось последнее.
– Мы плавно сдвинулись с места, подходя к алтарю.

– Надеюсь, вы не боитесь крови, леди.

– Не особо, - согласилась я, переставляя ватные ноги.

– И не надо. Это просто жидкость тела.
– Продолжая что-то негромко говорить, лорд скинул рубашку, и, странно поблескивая глазами, прочертил угольком три линии над левым соском. Я напомнила себе, что смотреть на полуголого мужчину нельзя, пусть даже это и твой муж. Потом все мысли у меня из головы вылетели - из отметин щедрыми каплями потекла кровь.

– Вашу руку, леди, - я торопливо сунула ему ладонь, догадываясь, что последует дальше. Легкое касание шуршащего уголька, легкое покалывание, и ладонь заполняется кровью. Марк переворачивает мою руку, и кровь капает на шершавый камень. Потом неожиданно тянет меня на себя, я спотыкаюсь, и почти падаю ему на грудь. Он так же молча приложил мою ладонь с царапинами к своей груди, и медленно стал наклонять свое лицо к моему. Каюсь, я малодушно закрыла глаза, когда он накрыл мои губы своими. Ощущения были приятными. Я осторожно переступила ногами ближе к Марку, нерешительно обнимая его за шею второй рукой. Его язык щекотно скользнул по моим губам, и я невольно хихикнула.

– Что такое?
– непривычно низким голосом спросил он.

– Щекотно, - созналась я, чувствуя себя дурой. Он хмыкнул, и снова приложился к моим губам, на этот раз втягивая нижнюю губу, покусывая ее. Я охнула от необычных ощущений и невольно подалась еще ближе, бессознательно поглаживая гладкую кожу под пальцами.

Все прервал чей-то ехидный голос:

– Дети, дети, не увлекайтесь!

Я пискнула и чуть не взлетела Марку на шею.

– Явился, как всегда в самый неподходящий момент, - в голосе мужа было и досада, и радость.

– А как же. Значит, это и есть моя надежда. Да отпусти ты девочку, что ты как дурак-то?

Я на всякий случай уцепилась за мужа покрепче.

– Не бойся, деточка, я тебя не обижу.

– Хом, перестань ее пугать.

– Да ты ее сам запугал! Тайна, подземелье, темень! Не мог в кабинете алтарь позвать?

– Не мог, - буркнул Марк, разворачивая меня к себе спиной. Я, наконец, увидела его собеседника, и охнула. Пожилой мужчина, с благородной сединой в волосах и черными омутами глаз. Я невольно сглотнула.

– Благословляю, - прошептал он, сдувая серебристую пыль с ладони нам в лицо, - Нас накрыла вспышка, и я потеряла сознание.

Пришла в себя от мерзкого запаха.

– Уберите, - попросила я. Или не я? Голос какой-то не такой.

– Каэта, как вы себя чувствуете?

– Как с похмелья, - созналась я.

– Это пройдет. Выпейте, - перед носом очутилась чашка с питьем.
– И спите.

Я послушно закрыла глаза и заснула.

Проснулась вечером. Открыла глаза, потянулась, вспомнила, что было, и села, с четким намерением вытрясти из супруга всю правду. Идти далеко не пришлось - Марк сидел в кресле возле кровати. Под глазами залегли тени, общий вид - вымотанный.