– Я тоже не очень хочу.

– Только лабораторию мне отрастить, - мечтательно протянула я.
– Скоро все мои зелья прибудут, вот где начнется веселье.

– Да, - с легкой грустью сказал Марк. Я резко обернулась.

– Что такое?

– Ничего.

– А все же?

– Некоторые зелья могут быть вредными для ребенка....

Расческа выпала у меня из рук.

– Уже?
– выдавила я, машинально накрывая ладонями живот.

– Ты не рада?
– спокойно спросил Марк, отворачиваясь.

– Я рада. Просто не ожидала. Тогда про зелья пока забудем, займусь научной работой.
– Я подняла расческу.

– Ты не рада.
– Марк спокойно смотрел на меня тяжелым взглядом. Я жалобно на него глянула.

– Я не знаю, что теперь с этим делать.

– От тебя требуется только бережно относиться к своему здоровью. Остальное сделаю я.

– Как всегда, - я положила голову ему на плечо, руку себе на голову. Тяжелая ладонь прошлась по волосам. Пальцы, чуть дрогнув, взяли меня за подбородок. Я с беспокойством заглянула в серые глаза.
– Мне просто страшно, Марк. Чуть-чуть.

– Все будет хорошо. Я же с тобой.

– Это главное, - согласилась я.

– Тебе надо поесть.

– Обязательно.

Началось всеобщее сумасшествие. Каким-то образом, всем стало известно о моем интересном положении, и теперь все старались радовать меня - начиная от домоправительницы и заканчивая мальчишкой-конюхом. Я от такой заботы потихоньку зверела. К тому же, обычные недомогания беременных не заставили себя ждать, и я маялось то тошнотой, то изжогой, то головокружениями. Марк мрачнел с каждым днем все больше и больше, отнекиваясь от моих вопросов. Спокойствия мне это не добавляло, само собой.

Живот рос, ребенок пинался от души. На ягодицах - живого места нет. Растяжки, ярко бордовые. Не болят, и то радость. Последние два месяца пришлось лежать, не вставая. Ребенка потерять я не хотела. В доме прочно поселились три лучшие повитухи, и лица их тоже были не радостные. Я только вздыхала.

****

– Ой!

– Что такое, Каэта?
– Марк подскочил на кровати и зажег светляк.

– Кажется, воды отошли, - жалобно пробормотала я.

Суета, суматоха, беготня. Горячая вода, чистые полотнища, уверенные голоса повитух. И боль, боль, боль, боль. Непрекращающаяся. Изматывающая. Отнимающая разум. Наверное, я бы кричала, если бы от этого было легче. Но от крика было только хуже. Тошнее, что ли....

– Девочка должна справиться, - неуверенный голос одной из повитух. Я с трудом приоткрыла воспаленные веки. Перед взглядом все плыло, размывалось.

– Пить, - шепотом попросила я. Губы тут же обтерла мокрая тряпочка. Я кое-как облизнулась.

– Леди Каэта. Вам нужно выбрать - или вы погибнете, или дети, - передо мной присела вторая повитуха - самая опытная и старшая. Я моргнула, давая понять, что услышала.

– Дети?
– просипела я.

– Их двое.

– Дети должны жить, - вытолкнула я свое мнение, и потеряла сознание. Дальше - туман, боль, всполохи огня, какие-то тени.

– Пить, - попросила я жалобно. Во рту была просто пустыня.

– Очнулась!
– А сколько удивления в голосе.... Влага, стекающая в рот восхитительна. Губы потрескались - больно.

– Каэта!
– Марк совсем близко, прижался лбом к моему лбу.

– Я тут.

– Девочка моя, только не спи, - попросил он.

– Говори со мной.
– Как-то понемногу, силы возвращались. По крайне мере, говорить я могла.

– Дети, двое, оба мальчики. Сорванцы чуть тебя не убили, - Марк растирал мои пальцы, целуя каждый.
– Оба здоровы.

– Молоко?

– У тебя пока нет молока, мы нашли кормилицу.

– Спать хочу.

– Нельзя, любимая, не спи, - в голосе настоящее отчаяние. Веки закрылись сами. Я не спала, но и держать глаза открытыми сил не было. Поэтому просто слушала Марка. Он говорил, захлебываясь, что я ему нужна. Что он без меня пропадет. Что дети без меня вырастут совершенными сорвиголовами. Что без меня все тусклое и серое, и только я могу придать краски этой серости.

– Уговорил, - четко сказала я, когда тихий голос затих.

***

– Дети готовят для тебя сюрприз, - трагическим голосом сообщил Марк. У меня выпали из рук щипцы, которыми я перекладывала реактивы.

– Боги, за что!
– простонала я, вжимая голову в плечи.

– Что поделать, родная. Таков родительский крест, - с пафосом оповестил мой муж.

– Я себе это как-то по-другому представляла, - пробурчала я, поднимая щипцы.

– Переживем, - оптимистично предположил Марк. Я хмыкнула и покачала головой.
– Хому я внушение сделал, так что в этот раз грандиозных последствий не будет.