В аудитории захохотали, студенты загикали, дружно зааплодировали. Трамб поклонился покрасневшему и ошеломленному мастеру Джордану и с усмешкой продолжил:

– Магия Трансформации позволяет нам творить поразительные вещи, но и она не является венцом магического искусства. Ибо она не властна над самой могущественной и непредсказуемой стихией - над человеческим духом. Эта стихия подвластна лишь школе чародейства, которая занимается исследованием и постижением тайных сил человеческого разума. Именно чародейство позволяет нам использовать свой разум для контроля над мирозданием. Именно заклинания школы чародейства позволяют нам управлять временем и пространством, открывать порталы в другие миры и даже изменять их в соответствии со своей волей. А теперь представьте, сколь же могущественен маг, обладающий глубокими познаниями всех четырех школ? Его сила сопоставима с силой древних богов, и потому нет ничего опаснее магии, вырвавшейся из-под контроля. Следовательно, изучение магии начинается с подчинения и дисциплины. Строжайшей дисциплины, господа, которая не позволит вам причинить непоправимый вред себе и остальным. Надеюсь, я ясно выразился?

Те маленькие фокусы, которые я продемонстрировал вам, вы сможете освоить уже к концу второго курса - при условии усердной работы и прилежания, конечно. Но чтобы овладеть истинной силой, придется потратить десятилетия. Если вы не готовы к самоотречению, жесткому самоконтролю и кропотливой работе - лучше покинуть эти стены сейчас. Вот что я имел честь сказать вам в преамбуле нашей лекции. Вопросы?

– Мастер, а почему запрещают патриум?
– спросил один из студентов в первом ряду.
– Чем он опасен?

– Вот как?
– Тромб сложил губы в ехидную усмешку.
– Вы, сударь, поступили на лучший факультет лучшего университета в стране, и не знаете таких простых вещей? Впрочем, я вас не виню. Вы просто слышали о патриуме, но толком не знаете, что это за дьявольское зелье. Попробую пояснить на примере. Если бы я сейчас находился под действием патриума и захотел бы открыть, скажем, портал в другое измерение, мне бы не потребовалась долгая концентрация силы и специальное магическое оборудование. Я бы просто сказал: "Портал, откройся!" и щелкнул бы пальцами. Вот так, - и Трамб с улыбкой щелкнул пальцами.

Внезапно раздался жуткий грохот, и задняя стена лектория исчезла в сияющей вспышке. Как в кошмаре Трамб наблюдал за тем, как из непонятно как открывшегося пространственного портала выходят люди. Впереди шел рослый мужчина в черном плаще и шляпе, с тяжелой тростью в руке, за которым шествовал, сложив крылья и вытянув длинный львиный хвост трубой, самый настоящий грифон. За этой парочкой из портала появился чернобородый великан футов семи ростом и молодая и весьма эффектная девушка в темном одеянии и с капюшоном на голове.

– Проклятье, - сказал мужчина в шляпе, оглядев помертвевших студентов, - кажется, матушка Фрами немного ошиблась с вектором силы. Простите, мы не нарочно.

– Х-х-х-х!
– проскрипел Трамб, выпученными глазами глядя на возникшую перед ним компанию.
– А-а-а-?

– А я вас знаю, - сказал человек в черном, кланяясь декану.
– Вы профессор Ульвеус Трамб. Я слушал ваши лекции в столице.

– Вы... кто?
– выдохнул Трамб.

– Берегард Лайонел Оссмунд Беренсон, к вашим услугам. Я боевой маг на службе его величества Аррея Первого.

– Маг? Боевой?
– Трамб попятился от гостя.
– Чем докажете?

– Прошу вас, - Бере стянул с пальца и показал профессору перстень, который дал ему де Кейзер.

– Силы небесные!
– Декан замахал руками.
– Господа студенты, перерыв! Все в коридор.

– Еще раз прошу прощения за причиненные неудобства, - сказал Бере.

Лекторий опустел быстро. Трамб немного пришел в себя, но не настолько, чтобы взять на себя инициативу в разговоре. Бере это понял.

– Вам нехорошо?
– спросил он.

– Мне... надо выпить, - признался Трамб.
– Нет, такого я никогда в жизни...

– Позволите вас угостить выпивкой?
– осведомился Бере.

– Нет, у меня в кабинете есть..., - тут Трамб подумал, что вся эта компания, несмотря на свое неожиданное и эффектное появление, оказалась тут весьма кстати - Ульвеус Трамб любил выпить, но терпеть не мог пить в одиночку.
– Пойдемте, господа. Думаю, нам есть о чем поговорить.

***********

Барийская можжевеловая водка не входила в число любимых напитков Бере, но на этот раз он выпил ее с удовольствием. Водка была крепкой, и Бере почти сразу ощутил приятную расслабленность в мышцах, напряженных после пространственного перехода. Осса пить не стала, зато Чич лихо вымахнул целый стакан, закусив пригоршней чищеных соленых орешков с тарелки. Сам же профессор Трамб выпил одну за другой три маленьких "наперстка", заедая каждую рюмку тремя орешками - не больше, не меньше.