Снова оказавшись на ногах, Ведов надменно похлопал противника по плечу и пожелал удачи. После чего зашагал туда, куда и собирался ещё до падения – к выходу. За ним пошли с каменными лицами Рябов и Рублёв, который, как и оставшаяся в зале братва, был в шоке от произошедшего.

Когда гости вышли, Шило со своими братками пересел за соседний стол и на пальцах попросил официанта принести выпить.

– Не, ну их валить надо, ты сам видел, что они улетевшие на всю голову, – высказался Вован.

– Давай старшим позвоним, пусть как-то помогут, – накидывал варианты Лось, но, как всегда, сморозил глупость.

– Ты дебил, что ли? Чо несёшь-то? Сами разберемся! – завопил Шило на весь ресторан, – официант, сука, где выпивон, мразь?!

Официант уже бежал с бутылкой водки и тремя рюмками.

– Ты чо, дебил, встал? Где закусон? Где кальян? Ты чо, блядь, тупишь? – продолжал выпускать пар на официанта Шило.

Парень лет двадцати покраснел как рак и убежал в сторону кухни.

– А! Я понял, кажись, что это за пидоры были, слышь, Шил, – зачем-то закрывая рот руками, говорил Вовчик, – это RASSOLNIKI, которые войну топоте объявили.

– А мы тут причём? – Шило не понимал, причём здесь топота, он и его пацаны. Вовану оставалось только отвести одну руку от лица, вздохнуть и направить свой взгляд в сторону кухни, откуда вот-вот должен был выйти официант.

Через пять минут на столе стояла закуска: сало, чёрный хлеб и картошечка. Лось, прогнав официанта, лично раскачивал кальян. Еще через пять минут – друзья так увлеклись потягиванием приятного сухого дыма, что не заметили, как к ним пошла ещё одна троица незнакомцев.

Шило поднял глаза на пришельцев. Все в чёрном. С собакой на поводке. Мужики вроде серьёзные. Может быть, приезжие какие.

– Уголовный розыск, обнон, – огорошил сидящих за столом один из подошедших. И протянул удостоверение.

Шило выдохнул. На его авторитетной душе стало легко, как будто и не душа эта была, а пух или вата. Впрочем, возможно, так действовала трава.

– Слушай, ты чо, совсем охуел, обнон? Ребята тут отдыхают, а вы мешаете, вы чо, нас за лохов держите? Вы же знаете, что кальян – это фуфло, нам даже 15 суток за него не дадут? – с легким сердцем Шило решил сразу расставить все точки над «и». Хотя в другой раз он просто послал бы мусоров на три буквы без объяснения причин.

Отдыхающие не сразу поняли, почему менты не извинились и не ушли виновато, а, наоборот, в считанные мгновения уронили всех на пол.

Собака неистово залаяла, один из оперативников заорал так, что надрывный лай пса показался писком мышонка:

– Лежать, суки! Наркоту на пол! Понятые сюда, быстрее! Эй ты, модник, на спину! Лежать, понятые сюда, блядь, смотрим!

Понятые, одним из которых был обиженный официант, увидели, что оперативник достал из левого брючного кармана Шила пакетике порошком.

– Всем видно, да? Да здесь граммов пять, по полной пойдёте, пидоры! – продолжал глушить всех полицейский. Казалось, что Шило накрыл адский приход, он дрожал, глаза выкатились из орбит. Заблестели слезы.

Такого унижения пацаны не переживали давно.

Идея поехать к Рублёву родилась так же случайно, как рождаются идеи поехать выпить после удачной сдачи проекта или после большой драки. В старые времена после зарницы не выпить – означало не уважить праздник, народ и особенно тех, с кем ты только что мял бока сопернику.

То, что Шилу и его прихвостням сегодня намяли бока, веселило RASSOLNIK’ов. Хотя все понимали, что пацанов отпустят через пару дней. Откупятся, помогут связи, запугают; в конце концов, ведь Шило был из правильных пацанов, тех, которые наркотиками не занимаются. Это ментам и прокурорским объяснят быстро. Так что подстава с подброшенным героином – это лишь издёвка, глумление или, как правильно догадались сами пацаны, унижение.

Рублёв, конечно, не сразу понял, зачем это надо было делать. И всю дорогу до дома пытался протестовать против таких методов.

– Слушай, Шарапов, что ты за них заступаешься? – наконец не выдержал Рябов, – когда эти суки ходят и запугивают полрайона, избивают, грабят и, представь себе, трахают в жопы школьниц, то никто им и слова сказать не может, а потом их ещё мусора чаем угощают и до дома отвозят. Это, по-твоему, нормально? Это очень справедливо, да?!

– То есть говорить про то, что наши методы должны быть законными, глупо? – с последней надеждой спросил Рублев.

– Ты сам всё понимаешь, – спокойно сказал Ведов, дёргая ручку передач, – здесь всё просто и банально. Если не мы, то никто. Штамп, но эти бляди должны кого-то бояться. Приехали.