— Прекрати! Ты говоришь такие слова, которые заставляют меня улыбаться как идиот. С тех пор, как я познакомилась с тобой, мое лицо болит.

Я тяну ее к себе и обнимаю. Вскоре я осознаю, что мы все еще находимся на кухни у Скай, и все наблюдают за нами. Я нерешительно повернулся и посмотрел на Холдера, пытаясь понять, насколько сильно он зол. Я никогда с ним не дрался, но я видел, на что он способен и, честно говоря, мне бы не хотелось испытать это на себе.

Когда мои глаза встречаются с его глазами, он… улыбается. Он действительно улыбается.

Скай вытирает слезы салфеткой.

Карен и Джек улыбаются

Все это странно.

Слишком странно.

— Вы поговорили с моими родителями? — осторожно спросил я. — Они поведали вам свои грязные психологические трюки обмана?

Карен заговорила первая.

— Сядьте оба. Ваша еда остывает.

Поцеловав Шесть в лоб, я сел обратно на свое место. Я постоянно поглядывал на Холдера, но он не выглядел расстроенным. На самом же деле, он кажется немного удивленным.

— Где, черт возьми, мои подарки? — спросил Джек.

Шесть прочистила горло.

— Я решила подождать до Рождества, — взяв свой стакан, она поднесла его к губам, и посмотрела на меня. Я улыбнулся ей.

Все продолжили разговор, который я прервал. Как будто никто даже не удивился. Они вели себя так, будто все нормально. Как будто это было так естественно… Шесть и я.

Я осознаю, что так оно и есть. То, что у нас сейчас есть — это хорошо, даже, если я все еще не знаю, когда у нее день рождения…Я знаю, это хорошо. Взглянув на Шесть, я вижу по выражению ее лица, она думает о том же.

— Мне эта очень нравится, — сказал я, рассматривая фотографию в своих руках. Я прислонился к двери, сидя на полу в комнате у Скай. Шесть показывала Скай, Холдеру и мне фотографии, которые сделала в Италии.

— Какую фотографию ты смотришь? — спросила Шесть. Она лежала рядом со мной. Я посмотрел на нее сверху вниз и повернул ей фотографию, чтобы она ее посмотрела. Она покачала головой и закатила глаза.

— Она тебе нравится лишь потому, что мое декольте выглядит хорошо.

Я тут же повернул фотографию к себе. Она права. Декольте действительно выглядит здорово. Но это не самая главная причина, почему мне нравится эта фотография. Она кажется на ней счастливой. Кажется.

— Я сделала эту фотографию в первый день моего приезда в Италию. Можешь забрать ее.

— Спасибо. Но я все равно не собирался возвращать ее.

— Считай, что это подарок на нашу годовщину.

Я взглянул на время в телефоне.

— Ох. Подумать только! Действительно, наш юбилей, — я наклонился к ней. — Я почти забыл. Я самый худший парень на свете. Все еще не могу поверить, что ты не оставила меня.

Она смеется.

— Ничего страшного. Можешь напомнить мне о следующем, — положив руку на мой затылок, она притянула меня к себе, и наши губы соприкоснулись.

— Годовщина? — спросила смущенная Скай. — Как давно вы начали встречаться?

Я отодвинулся от Шесть и сел, облокотившись о стену.

Она улыбается.

— Почти двадцать четыре часа.

Наступило неловкое молчание, но Холдер, конечно, его заполнил.

— У меня одного плохое предчувствие на счет этого?

— Думаю, что это восхитительно, — сказала Скай. — Я никогда не видела Шесть такой…влюбленной? Счастливой? Смущенной? Она хорошо выглядит.

Шесть села и обняла меня за шею, а потом потянула меня вместе с собой на пол.

— Это потому, что я никогда не встречала никого настолько вульгарного и неуместного, и ужасного в первых поцелуях, как Дениэль, — она накрыла мой рот своим и, целуя, смеялась над собой.

Это в первый раз. Улыбаться и целоваться одновременно? Думаю, такое возможно только на небесах.

— Знаешь, у Шесть есть своя комната, — сказал Холдер.

Шесть перестала смеяться и целоваться со мной.

Еще чуть — чуть и Холдер будет в моем черном списке.

— Шесть не терпит члены в своей комнате, — ответил я, все еще глядя на нее сверху вниз.

Шесть наклонилась к моему уху и прошептала:

— До тех пор, пока ты не ожидаешь от меня, что я буду лелеять твое эго. Сегодня вечером я хочу целоваться с тобой на своей кровати.

Я никогда не знал, что люди могут так быстро передвигаться, как я сделал это прямо сейчас. Должно быть, я побил рекорд. Я просунул свои руки под ее спину и коленки и быстро поднял ее на руки, прежде чем она смогла что — то возразить. Шесть визжала, обняв меня за шею, пока я шел прямиком к окну Скай. Я аккуратно ее опустил, но потом практически вытолкнул ее в окно. Я последовал за ней, даже не попрощавшись со Скай и Холдером.