– Карнакин, вставай! Что ж такое — трясу его, словно грушу, а он дрыхнет!
– Сергеич вытер потный лоб и тряхнул Максима еще сильнее.
– Вставай же!

– А?!
– Карнакин открыл один глаз. Со сна он не сразу понял где находится, но потом действительность безжалостно вторглась в его сознание, окончательно разрушив остатки грез.
– Что случилось?

– К нам едет Ашот Варданович! Звонил недавно - будет через полчаса. Ему от дома до Бирюлево всего ничего ехать.

– А мы в Бирюлёво?
– спросил Карнакин, внезапно поняв, что до сих пор не знает, где он находится.

– Конечно в Бирюлёво!

Карнакин вдруг закашлялся:

– И что?

– Как «что»!? Умойся, приведи себя в порядок... начальство всё-таки. А потом, с тобой у него наверняка будет отдельный разговор.

– Это почему?
– Карнакин сел, протер глаза и огляделся. Все уже проснулись, везде было чисто, и только Геныч продолжал храпеть, сидя в старом кресле, стоящем под висевшем на стене телевизором.

– А ты уже забыл? Хорош!
– отвечая на вопрос Карнакина, Сергеич как-то странно прищурился.
– Про укроп будет разговор — Варданыч спрашивал, на месте ли ты.

– Какой укроп?
– Карнакин мотнул головой.
– Сколько сейчас времени?

– Половина четвертого.

– Макс, давай к нам!
– сидящий за столом Санёк махнул рукой.
– Подлечишься!

– Да подожди ты! Ему еще с Ашотом Вардановичем разговаривать!
– отмахнулся от него Сергеич.
– Посмотрит на него, понюхает, а потом на нас ненароком накинется.

– А так вы все трезвые, да?
– Карнакин ухмыльнулся и, подойдя к столу, налил себе из пузатой трехлитровой банки стакан яблочного сока.

– С нас какой спрос — сегодня праздник, а вот ты перед встречей с начальством должен выглядеть прилично.

– Там у меня в шкафчике бритва есть электрическая — возьми, - Санек лихо отправил в рот сто граммов водки, закашлялся, выхватил из рук Карнакина стакан, запил, и только тогда продолжил.
– Побреешься, сразу себя другим человеком будешь ощущать... а по поводу укропа этого... Макс, тут ты только себя должен винить.

– Объяснись, - Карнакин сел на свободный стул и начал медленно массировать виски.

– Ты был последним, кто сгружал ящики с машины, сам расписался в накладной, так?

– Так, - ответил Карнакин, совершенно не понимая, о чем идет речь.

– Но сколько раз тебе вот и Сергеич, и я, да и Юрик тоже, говорили, что дверь на четвертом складе надо сильнее прижимать — открывается она снизу.

– Ну забыл я, что теперь делать!
– Карнакин обвел присутствующих взглядом.
– Убивать меня теперь из-за этого?!

– Убивать тебя никто не будет, - Юрик, только что выпивший свою дозу, смачно захрустел маринованным огурцом.
– Но вот двести килограмм укропа померзло — это факт. Варданович, как говорили мужики из второй смены, рвал и метал, когда узнал. Типа там приезжали покупатели, а уехали ни с чем.

– Он мне позвонить что ли не мог?
– Карнакин, поняв, что влип в историю, сотворенную даже не им, а его двойником, вздохнул.

– А как тебе позвонить, если ты трубу не берешь?
– подал голос Сергеич, занявший на диване место Карнакина.
– Ладно, Макс, не робей — Новый Год всё-таки, у всех праздник, так что может Варданыч будет подобрее.

Карнакин, у которого и без этого шумело в голове, с завистью посмотрел на своих коллег:

– Блин, выпить бы!

– Успеешь, не торопись, - Саня по-дружески кивнул ему.
– У нас бухла еще хоть залейся, а Варданович долго не засидится. Потерпи!

Время «Ч» настало через двадцать минут. Где-то вдалеке послышался длинный автомобильный сигнал, а еще через пару минут все услышали, как возле входа в здание, заскрипев колесами по мерзлому снегу, остановилась машина.

– Вот и он!
– Сергеич, к этому моменту переместившийся за общий стол, вскочил и, одев куртку, бросился к двери.
– Сидите тут тихо — может он и не зайдет в комнату. Карнакин, а ты готовься — если что, я тебя позову!

Отсутствовал бригадир довольно долго. Выключив телевизор, все находившиеся в комнате напряженно прислушивались, как внизу раздавались шаги, стучали железные двери, слышались голоса.

– Ходит проверяет, - тихо сказал Саня.
– Сейчас обойдут склады и, глядишь, угомоняться.