– Ну, наконец-то, заждались!
– Волхов в небрежно распущенном галстуке и белой рубашке, без пиджака, раскинув руки, вышел навстречу Руслану.

Приобняв его за плечо, Волхов произнес:

– Господа! Прошу любить и жаловать! Наш дорогой гость из Петербурга!

Руслан понял, что Волхов желает, чтобы он представился сам, так как его псевдонима не знает.

– Кукловод, - представился он с легким кивком.

– Какая честь, - произнес один из мужчин, вставая из своего кресла. – Преемник уважаемого председателя. Руслан удивился.

Волхов посмотрел укоризненно.

– Ну что же вы не сказали, коллега. Мы бы организовали нечто более грандиозное. А то так, по-домашнему.

– Ну что вы, - ответил Руслан, - я не любитель таких мероприятий.

Но Волхов словно пропустил его слова мимо ушей, жестом указал ему на свободное кресло.

– Прошу вас, не стесняйтесь, - проговорил он, прямо таки излучая радушие, - Сигары, сигареты, трубка?

– Спасибо, я не курю, - сдержанно ответил Руслан.

– О, я тоже, - разулыбался Волхов. – Но от глотка хорошего коньяка я думаю, не откажетесь? Может быть виски, джин?

– Коньяк вполне подойдет, - ответил Руслан, принимая из рук Волхова хрустальный бокал.

Пригубив, он поставил его на низкий столик и оглядел присутствующих.

Кроме него и Волхова в комнате было еще трое мужчин. Самому молодому из них было на вид лет тридцать пять, это был именно тот, кто назвал Руслана преемником председателя. Он и представился первым как господин Стил. Еще один, полноватый с явственно обозначившимся пивным брюшком, лет сорока, назвался господином Боном, а третий - седоватый сухощавый, явно ближе к пятидесяти, господином Джокером.

Волхов, подождав, пока его друзья представятся, сказал, все также радушно улыбаясь:

– Ну, а меня вы можете называть Волхвом. И сегодня время приносить дары!

Он позвонил в колокольчик, взяв его со столика, заставленного разнообразными бутылками с алкоголем.

Через минуту в комнату вошли пять девушек. Кроме кожаных ошейников, на них больше не было ничего. Опустив глаза и сложив руки за спиной, они молча прошли на середину комнаты.

– Я не знал ваших предпочтений, господин Кукловод, - обратился к Руслану Волхв, – поэтому подарки на любой вкус.

И действительно, девушки поражали разнообразием внешности. Хрупкая азиатка с длинными шелковистыми черными волосами, полногрудая блондинка с широкими бедрами, томная и сдобная, огненно-рыжая с бледной, чуть синеватой кожей, нервно покусывающая губы, худенькая шатенка с небольшой аккуратной грудью и спортивной подтянутой фигурой, статная и высокая девушка с пышными формами и русой косой ниже спины, почти как с картины Рубенса. Коллекция была подобрана со вкусом.

– Не правда ли, глаза разбегаются, - с гордостью сказал хозяин, приходясь вдоль шеренги красоток. – У каждой свои фишки. Так что господин Кукловод, надеюсь, останется довольным. Гостю – право первого выбора.

Руслан сжал зубы, ощущая себя участником съемок порнофильма. Ему нестерпимо захотелось встать и уйти. Но обидеть радушного хозяина было стыдно.

– Господин Волхв, - сказал он сдержанно, - дары и, правда, просто великолепны. Но я не люблю публичных сессий. Так что, не обращайте на меня внимания.

– Ну зря, зря, - немного разочаровано потянул Волхов. – Вы даже не представляете, в чем себе отказываете. Кэти!

Он словно подзывал собаку.

Полногрудая блондинка тут же подошла и опустилась перед ним на колени. Он поднял ее лицо за подбородок и сказал, проводя большим пальцем по ее пухлым губам:

– Этот ротик просто творит чудеса, - он причмокнул губами, а девушка протянула руки к молнии его брюк. Но он грубо ее оттолкнул.

Полноватый господин с брюшком тут же поманил ее пальцем, и девушка на четвереньках подползла к его креслу.

– А Фэй, - Волхв подошел к азиатке, сгреб в кулак ее волосы, – такая гибкая, в бандаже с ней можно делать все что угодно. Просто гуттаперчевая девочка.

– Любаша у нас любит в попку, - он сжал ягодицы русоволосой красавицы с косой, а потом шлепнул ее. Девушка резко выдохнула, но не сдвинулась с места.

– А это моя любимица, Энни, - он жадно облапил красивую, полную грудь рыжей девушки, заставив ее тихо простонать, – на ее теле так красиво выступают следы от плетки…

Волхов мечтательно закатил глаза, снова причмокнув губами.

Руслан вдруг вспомнил, как завораживающе расцветает розовым кожа его жены под ударами хлыста, и ощутил, как по венам медленно разливается тягучая волна возбуждения.

Волхов видимо почувствовал это и подтолкнул девушку к кресту у дальней стены.

– Господин Кукловод – любитель порки, - удовлетворенно произнес он. – Какой девайс предпочитаете? Стек, плеть, трость, семихвостку? Хотя нет, от семихвостки слишком размытые следы. Нет графичности.