– Посмотрите на эти ворота, – восхищенно сказал Данни. – Мне нравится готический стиль. Да, они проделали хорошую работу.

Диллон влился в общий поток машин и объехал парламентскую площадь, повернув обратно к Трафальгарской площади.

– Мы возвращаемся на Бейсуотер, – сказал он. – Запомните дорогу, по которой я поеду.

Он выбрался из потока на Трафальгарской площади, проехал через Арку адмиралтейства по улице Молл, обогнул памятник королеве Виктории за Букингемским дворцом, поехал по Конститюшен-Хилл, добрался до Мраморной арки через Парк-Лейн и свернул на Бейсуотер-Роуд.

– Это довольно просто, – заявил Данни.

– Хорошо, – откликнулся Диллон. – Тогда поехали – выпьем по чашке хорошего чаю в моей ужасной гостинице.

– Вы начинаете проявлять слишком большое беспокойство, Мартин, – сказал Фергюсон.

– Это из-за того, что приходится ждать, – объяснил Броснан. – Флад делает все, что может. Я знаю это. Но я не думаю, что время работает на нас.

Фергюсон стоял у окна, держа в руке чашку. Сделав глоток чаю, он обернулся:

– И что вы предлагаете?

Броснан немного помедлил, бросил взгляд на Мэри, потом сказал:

– Я хотел бы поехать в Килри, к Лиаму Девлину. У него могут быть соображения на этот счет.

– Да уж, идей у него всегда хватало. – Фергюсон обратился к Мэри: – Что вы думаете?

– Я считаю, что это разумно, сэр. Во всяком случае, поездка в Дублин не такое уж сложное дело. Всего час с I четвертью лету с Хитроу.

– Дом Лиама всего в получасе пути от города, – добавил Броснан.

– Хорошо, – сказал Фергюсон, – вы меня убедили. Но летите с Гатвика и на «леаре». Вдруг что-то случится и вам надо будет быстро вернуться в Лондон.

– Спасибо, сэр, – поблагодарила Мэри. Когда они подошли к двери, Фергюсон добавил:

– Я позвоню старому бандиту, чтобы предупредить его.

Он подошел к столу и снял трубку. Когда Броснан и Мэри спустились по лестнице, он сказал:

– Слава Богу! Наконец-то я чувствую, что мы что-то делаем.

– А я наконец-то увижу великого Лиама Девлина, – произнесла Мэри и первой направилась к автомобилю.

Диллон, Анжела и Фахи сидели за угловым столиком в маленьком кадре и пили чай. У Фахи на коленях лежала развернутая карта, которую купил Диллон.

– Это удивительно, – произнес он. – Какие подробности они приводят… Все детали!

– Можно сделать то, о чем ты говорил, Данни?

– О да! Не беспокойся. Ты помнишь тот угол между Хорс-Гардз и Уайтхоллом? Это место подходит, немного под углом. Я вижу его с закрытыми глазами, могу точно определить расстояние от того угла до дома номер десять по этой карте.

– Ты уверен, что тебе не помешают здания на пути?

– Конечно. Я же сказал тебе, Син, траектория – научное понятие.

– Но там нельзя останавливаться, – вмешалась Анжела. – Мы видели, что случилось с той машиной. Полиция оказалась рядом в считанные секунды.

Диллон повернулся к Фахи:

– Что скажешь, Данни?

– Этого времени будет достаточно. Все заранее рассчитано, Анжела. Нажимаешь на кнопку, включаешь аппаратуру, выскакиваешь из фургона, а мортиры начнут стрелять через минуту. Ни один полицейский не успеет остановить это.

– Но что будет с вами? – спросила она. Ответил Диллон:

– Послушай. Рано утром мы выедем из Кадж-Энд. Ты, Данни, в «форд-транзите», а Анжела и я в фургоне. Сзади в фургоне будет мотоцикл. Анжела поставит «моррис», как сегодня, в гараж в конце улицы. У нас будет доска, по которой я смогу выкатить на землю мотоцикл.

– И ты поедешь за мной?

– Я буду прямо у тебя на хвосте. Когда мы подъедем к пересечению Хорс-Гардз и Уайтхолла, ты нажмешь на кнопку, выскочишь, прыгнешь на заднее сиденье мотоцикла, и мы укатим оттуда. Кабинет собирается каждое утро в десять. При удаче мы сможем достать всех.

– Господи, Син, они никогда не узнают, что обрушилось на них.

– Мы помчимся обратно на Бейсуотер, где Анжела будет ждать нас в гараже с «моррисом». Вкатим мотоцикл в фургон – и только нас и видели. Мы будем в Кадж-Энд, а они займутся тушением пожара.

– Это блестяще, господин Диллон! – воскликнула Анжела.

– Маленькое «но», – заметил Фахи. – Без этой проклятой взрывчатки у нас не будет никаких бомб.

– Оставь это мне, – сказал Диллон. – Я достану тебе взрывчатку. – Он поднялся. – У меня еще дела, а вы возвращайтесь на ферму. Я свяжусь с вами.

– Когда это будет, Син?

– Скоро, очень скоро. – Диллон улыбнулся, и они вышли.

Таня постучала в его дверь точно в полдень. Он открыл и спросил:

– Вы принесли?

Она поставила на стол портфель, который держала в руке, открыла его и показала тридцать тысяч долларов, которые он просил.