смотрит на него не больше нескольких секунд, морщится,

будто её ударили, и вновь опускает голову. Я перевожу

взгляд на Грачёва. Улыбка пропала, он в упор смотрит

на Иру, но лицо бесстрастное. Не школа, а Санта Барбара,

ей-богу.

Биология проходит так же, как и в прошлый раз.

Биолог рассеян, постоянно нервно крутит что-то в руках

– то ли ручку, то ли карандаш. Всё время поглядывает

на Иру, иногда даже останавливается на полуслове,

рассеянно смотрит куда-то, то ли на неё, то ли в

пространство. Ирка за весь урок ни разу на Биолога не

посмотрела. Она перестала писать послания и апатично

водит ручкой по парте, оставляя синие полосы на крашеном

дереве. Как только звенит звонок, Ира быстро кидает

все свои вещи в сумку и буквально вылетает из класса.

Мы с Биологом провожаем её хмурыми взглядами, затем

переглядываемся. Я кидаю на него неодобрительный взгляд

и отворачиваюсь.

Уже подходя в двери, я слышу:

– Леонова, останься.

Вера кидает на меня удивлённый взгляд, а я лишь

пожимаю плечами. Она выходит из кабинета, а я подхожу

к столу Грачёва.

– Я не хотел, чтобы так получилось, - виновато

произносит он.

– Однако так получилось, - констатирую я.

– Она сама меня бросила, - начинает обороняться он.

– Это Ира. Ей свойственны нелогичные поступки.

– Надоели мне её истерики. Почему я, взрослый

человек, в конце концов, должен это терпеть?

– Может, потому что ты её любишь?

Весь гонор как рукой снимает, и Биолог неуверенно

произносит:

– Не знаю…

– Она застукала тебя с другой девушкой у тебя дома

неделю назад.

– Твою мать, - ругается Грачёв и устало потирает

пальцами лоб. - Ну и что теперь делать?

– Не знаю… - я задумчиво вожу пальцами по доске.

– Ты вроде хороший человек, Кирилл Алексеевич. Правда,

бабник и пьяница, но… хороший. Хотела б я тебе помочь.

Но не могу. Думай сам.

Биолог нервно ерошит волосы. Я отряхаю руки от

мела иду к выходу из кабинета, напоследок добавив:

– Ты помягче с ней. У неё родители разводятся.

– Скажи Грачёву, что любишь его, - говорю я и

затягиваюсь.

– Много чести, - огрызается Ира.

После того, как она буквально сбежала из кабинета

биологии, я нашла её за школой. Ирка не плакала и не

материлась, просто молча стояла, смотря на непокрашенный

в этом месте школьный забор.

– День без вранья, - напоминаю я.

– Плевать я хотела. И Грачёв может катиться ко всем

чертям.

– Почему? Только давай без этой ерунды, вроде он -

учитель, я - ученица. Правду.

– Как ты там говорила? - Ирка невесело усмехается.

– «Любовь ни к чему хорошему не приведёт»? Так вот,

ты была права.

– И что в итоге? - я посылаю ей ехидную улыбку.

– Что у меня теперь есть, кроме моей чёртовой правоты?

Я выкидываю окурок.

– Просто пойди и поговори с ним.

– А ты тогда с Максом, - не сдаётся она.

– Хорошо, - киваю я. - Но только если ты поговоришь

с Грачёвым.

– Хорошо.

Но говорить с Грачёвым Ирке не потребовалось.

Потому что как только я подошла к крыльцу, из школы

вышел Биолог, быстро огляделся и, увидев Ирку, рванул

к ней, поцеловал и утянул за угол. Я быстро огляделась,

проверяя, не стал ли кто свидетелем произошедшего, но

школьный двор был абсолютно пуст. Ну ни хрена себе,

твою же мать!

Увиденное придаёт мне уверенности, и я, уже не

сомневаясь, захожу в школу, быстро взбегаю по лестнице

на третий этаж и шагаю к кабинету математики. Наш

класс торчит в коридоре, ожидая, когда их впустят в

кабинет. Сейчас я точно поговорю с Максом.

– О, хорошо, что ты пришла, - говорит Вера. - Мне

как раз нужно кое-что вам всем сказать. А где Ира?

– Она… - я вздыхаю. - Она вряд ли уже появится.

Да неважно. Что случилось?

Говори быстрее, мне ещё с Максом надо поговорить.

Вокруг Веры собрались все, кто был в субботу на

пикнике. Нина Игорева нервно грызёт наманикюренные