жителей, но ограбили их. Такую же участь имели многолюдный город Шаргород и

местечко Черниевцы 3). Мещане заранее выслали к польному гетману изъявление

покорности. 3-го марта войско двинулось к местечку Стене, откуда приезжало к

польному гетману двое депутатов от мещан с изъявлением покорности и готовности

впустить польское войско. Но услышав, что в Ямполе на Днестре собиралась ярмарка,

поляки рассчитали, что там будет чем поживиться. Калиновский распустил слух, что

идет в Виннице, и послал на Ямполь из двух полков отряд под начальством

Ляндскоронского. Жители Ямиоля не ожидали нападения, веря ложным слухам об

удалении польского войска в противную сторону. Вдруг утром, на самом рассвете,

когда большая часть спала и только лавочники раскладывали свои товары, явились

неожиданно новые гости, приносившие, по выражению современника, вместо товаров,

раны и убийства. Зазвонили в колокола, схватились за оружие, но уже было поздно:

большее войско вторглось в город вслед за передовыми. Приезжие бросились бежать,

покинув свои товары, и столпились на мосту; мост обломился, и все попадали в реку.

Поляки окружили город, ограбили его совершенно, наполнив множество возов

разными произведениями и в том числе венгерскими винами: купцы привозили их в

предположении распродать на свадьбе Тимоша, которая, как думали, будет здесь

справляться. Когда уже более нечего было брать, поляки зажгли город и начали

умерщвлять всех жителей без разбора, не щадя ни стариков, ни женщин, ни младенцев.

Тогда погибло более десяти тысяч народа всяких наций — русских, волохов, венгерцев

и ни одной живой души не оставили жолнеры 4).

Между тем, сам Калиновский приступил к городку Стене (Стина, Сцяны) и там

поляки встретили совсем не такой прием, как обнадеживали их приезжавшие оттуда

депутаты от мещан. Из окружавших город Стену хуторов выбежали хлопы, с

самопалами, луками и другим оружием, стреляли, произносили угрозы и в насмешку

над врагами показывали им кукиши и

Ч Woyna dom. Ч. 2, 15.

2)

Bel. scyth. cos., И25.

3)

Annal. Polon. Clim., I, 225. — Histor. belli cosac. polon., 130. — Woyna dom.

4. 2, 13.

4)

Annal. Polon. Clim., I, 225. — Pam. do pan. Zygm. Ш, Wlad. IV i Jan. Kaz.,

II, 156.

выставляли задния части тела. То были обычные приемы задора. С большим трудом

поляки, однако, наперли на них, вогнали в город и овладели хуторами. Сам городок

разделялся на две части: одна находилась на неприступной горе, другая лежала у

подошвы горы. На горе засел храбрый козадкий сотник, которого одни историки

называют Калюшем *), а другие—Александренком 2). Калиновский послал к нему

предложение сдаться и заплатить окуп.

«У меня нет денег,—отвечал козак,—есть люди и оружие: будем сражаться до

последних сил!»

Калиновский ударил на низменный город. После первого сопротивления жители

убежали на гору; поляки хотели взять верхний город — козаки храбро отразили их; три

дня приступали враги на утесистую скалу и три дня напрасно теряли людей 3) Наконец

козаки согласились дать окуп и обещали четыре тысячи злотых, но когда польный

гетман согласился, они заплатили только тысячу злотых. Польный гетман

удовлетворился только тем, что принял от них присягу, и отпустил прибывших к нему

посланцами хлопов с принесенными деньгами 4). Оттуда поляки двинулись под

Винницу, которая недавно из сотни Кальницкого полка сделана была полковым

городом 6). Винницким полковником был Иван Богун. У него было только три тысячи

Козаков. Он «упремудрилъ» ляхов, говорит украинская летопись. Прежде всего он

отправил к Хмельницкому просить помощи, а сам составил план задержать поляков

под Винницею, пока подойдет войско от Хмельницкого. Польный гетман остановился

на дороге в Сутиске и оттуда 10-го марта отпустил брацлавского воеводу

Ляндскоронского с передовым отрядом к Виннице. Как только поляки подходили к