– И Вы готовы рискнуть жизнью ради такого вот опыта?

– Почему бы и нет?

– Тогда с Божьим благословением и нашими молитвами думаю, у Вас все получится...

– Не забудьте прислать нам открытку! – острит кто-то из-за спины.

Всего несколько слов, и все же, они так на меня воздействуют, что я вынужден сглотнуть слезы.

Разыгрываю приподнятое настроение, а в действительности мне становится так тяжело на душе, когда вижу понуро стоящего командира у нашей колымаги, и так внезапно печально, что я готов зареветь.

Водитель стянул с себя френч и рубашку. Так, в штанах, пояс которых на широких подтяж-ках натянут ему почти до сосков, и в слишком большой пилотке на голове, с руками, по локоть заляпанными сажей и с широкой черной полосой на правой половине лица, наш водитель является гротескской карикатурой на германский Вермахт.

Бартль и этот гном – ну и пара!

Мой экипаж из этих двоих мог бы показывать себя за деньги в паноптикуме. А смогут ли оба моих воина, в крайнем случае, достаточно быстро выбраться из «ковчега»? Мне бы сейчас приказать, прежде всего, «кучеру»: Если мы внезапно попадем под обстрел – слишком сильный обстрел – то ничто не предпринимать, как выскочить вон и ноги в руки. Но этими словами, думаю, только сделаю его еще более нервным. И тут меня буквально бьет по голове: Мой «кучер» все еще не имеет приказа на марш.

Мне нужно срочно к зампотылу. Он замещает Шефа Флотилии. Он должен снабдить «куче-ра» необходимыми документами. Несмотря ни на что, в этой войне все еще есть управленцы.

Я сегодня не видел зампотылу, а вот теперь его нет и в кабинете.

Перед Административным бараком навстречу мне топает Бартль.

Он тоже разыскивает зампотылу: Бартль еще не получил наше продовольствие.

– Ну и свинство здесь – полное свинство! – жалуется он.

Я посылаю его разыскать зампотылу в офицерской столовой или где-то еще.

– И поспешите! – призываю ему. От сильного нетерпения я чуть не трясусь.

Наконец издалека вижу зампотылу вышагивающего по аппелльплацу. Этот парень имеет ти-пичный взгляд таможенника. Уже при нашей первой встрече зампотылу осмотрел меня так, будто я спрятал на теле всевозможную контрабанду.

Стою с ожидающим видом. Но затем все мои правила благостного поведения внезапно ка-тятся к черту, и я повышенным тоном обращаюсь к нему:

– Нам безотлагательно нужен приказ на марш для нашего водителя и продовольствие на неделю на трех человек. И если Вы немедленно не сделаете это, то будете виноваты в умышленной задержке нашего выезда!

Этот соня очевидно понял всю серьезность ситуации: С солдатской книжкой «кучера» в ру-ках он исчезает в направлении своего чулана.

Внутри «ковчега» обнаруживаю два красных взбитых одеяла с подлодки.

– Это что? – спрашиваю Бартля.

– Лучшего не нашлось, господин лейтенант.

– От них вонь – хоть святых выноси!

– Уже нет, господин лейтенант. Я их основательно проветрил и обработал, кроме того, «Колиб-ри».

– Это должно дать в итоге чудную смесь.

– Так точно, господин лейтенант.

– Ладно. В крайнем случае, мы можем выбросить их. Но я не хочу сидеть в этом аромате и бо-роться с блевотой.

Бартль недоумевающе смотрит на меня.

– Я иду на крышу! В середине уберете один мешок попозже – там я и прикорну.

– Вы, господин лейтенант?

– А Вы полагали, что я захочу гарцевать с Вами на этом вонючем толчке?

– Так Вы хотите ехать наверху, господин лейтенант? – повторяет Бартль растерянно.

– Ну да! Не прямо сразу – но когда станет невыносимо, то, конечно же!

Так как Бартль кажется, все еще не понимает меня, спрашиваю его:

– Скажите-ка, для чего подводной лодке башня?

– Для наблюдения, наверное.

– Точно! А как Вы думаете, мы заметим, что происходит на местности, если будем все вместе сидеть в кабине, словно сардины в банке, чапая по вражеской местности?

Глаза Бартля освещаются от внезапного озарения.

– Еще и вражеские самолеты-штурмовики могут налететь, – произносит он.

– А теперь давайте условимся: Если я своим автоматом один раз стукну по крыше, это значит: «Стой!». Дважды коротко последовательно: «Стой и прочь из машины в придорожный кювет!». А если часто-часто забарабаню рукой: «Воздушная тревога. Прочь с дороги и в ближайшее укрытие» – Ну, это мы еще потренируемся. Думаю, «кучер» это тоже запомнит.

– Не-а! – бормочет Бартль.

– А уж когда я палить начну, то вы, там внизу ориентируйтесь по ситуации...

– Ага, ага! – произносит теперь и «кучер», присоединившийся к нашему разговору.

– И вот еще что, обращаюсь к Бартлю. – Нам нужны несколько ручных гранат. Используйте-ка Ваши связи с Вашим коллегой на оружейном складе.

– Ручные гранаты? – искренне удивляется Бартль.

– Да, на всякий случай – для поджога. У нас есть немного бризантного вещества на борту, и это все должно тогда взлететь на воздух, к чертовой бабушке.